Война демонов

Он присел рядом со стариком на бревно, обнял его рукою за плечо и притянул к себе…

…Когда все было кончено, Лагин привычно обшарил карманы жертвы, чтобы в дальнейшем убийство списали на воров и разбойников, каковых было множество в Порочном граде и его окрестностях.

Найдя в одном из карманов мертвого бродяги золотую монету, Лагин присвистнул от удивления. Хорошо живут в Порочном граде голоштанники. Должно быть, бродяга эту монету где-нибудь слямзил. Что ж, поделом вору и мука.

Лагин сунул монету в карман, поднялся с бревна и зашагал к кружалу.

* * *

Войдя в кружало, Лагин поморщился от шума голосов, барабанов и дудок, глянул на деревянный помост, на котором извивались в танце голые самки-нелюди, усмехнулся и пошел к стойке.

И вдруг снова остановился и оторопело уставился на сидевшего за стойкой мужчину. Это был Глеб-Первоход.

Несколько месяцев назад Лагин пытался разузнать хоть что-нибудь о судьбе Первохода. Однако никто не ведал, куда тот подевался, и Лагин решил, что ходока сожрали оборотни или упыри.

И вот он сидит – слегка пообносившийся и пообтрепавшийся, но загорелый и внешне вполне здоровый. А из кобуры, притороченной к кожаному охотничьему кушаку, торчит приклад ольстры.

Глеб-Первоход – опасный противник, он чует лесную тварь за версту. Хотя с Дионой он, похоже, дал маху. А значит, и здесь ничего не заподозрит.

Лагин улыбнулся.

– Эй, Первоход! – весело окликнул он. – Выпьешь со мной?

Глеб повернулся. Брови его изумленно взлетели вверх.

– Лагин! – выдохнул он.

– Я! Здравствуй, Первоход!

Тимофей Лагин шагнул к Глебу. Они обнялись.

– Черт, Лагин! Я-то думал, что ты погиб. А ты живой! Прямо как гора с плеч! – Глеб вгляделся в лицо ученого мужа. – А ты будто помолодел. Где же твои очки, ученый муж?

– Потерял, – со смехом сказал Лагин. – Но, как выяснилось, я неплохо вижу и без них.

Глеб хлопнул ладонью по пустой скамье рядом с собой.

– Садись!

Лагин уселся на скамью.

– Выпьешь со мной пива? – предложил Глеб.

Ученый муж отрицательно покачал головой:

– Нет. Ты же знаешь, я не пью хмельного. Вот красного сбитня, пожалуй, выпью. Эй, Озар! – окликнул он целовальника. Тот подошел к стойке и кивнул Лагину. – Дай мне холодненького, на красных травах!

– Сделаю. – Целовальник потянулся к бочке, и вскоре высокая деревянная кружка с холодным сбитнем стояла перед Лагиным. Ученый муж отхлебнул сбитня и облизнул сладкие губы.

Глеб неотрывно смотрел на Лагина.