Жертвенный престол

– Да, – подтвердил верховный жрец.

Солнце село, наступила ночь, и лесные дебри потонули в кромешном мраке. Но беглецы-брахманы продолжали путь, несмотря на то, что было темно, хоть глаз выколи, ничего под ногами не видно. Уж лучше пару раз упасть, чем ночевать среди трупов, пока вокруг бродят недобитые нововеры. Шли молча, медленно, сосредоточенно.

– Нет, я все-таки не понимаю, как ты мог на такое пойти! – вдруг воскликнул Кун, отчего Куаутемок чуть не подпрыгнул. Все-таки такое никак не укладывалось в голове койота, сколько бы он ни обдумывал услышанное.

– Ты считаешь меня уродом, мудаком, ничтожеством, да? – устало вздохнул Куаутемок, даже не сомневаясь, что услышит утвердительный ответ.

– Нет, но… Куаутемок… кутить с наилучшей…

– Да, я знаю, это неразумно, это глупо, это опрометчиво, неправильно, но… Знаешь, сколько раз я обещал себе, что не буду больше к ней ходить? Но каждый раз я не сдерживал обещания. Я просто ничего не мог с собой поделать, понимаешь? – Куаутемок хотел бы, чтобы Кун его понял, он ведь его друг.

– Ну… Да, понимаю… – растерянно согласился койот.

– Ладно, давай искать место для ночлега, а то мы все ноги переломаем в этой темноте, – сменил тему верховный жрец. Куаутемок вдруг вспомнил, что Кун пока не нашел себе волчицу, так что нет смысла что-то объяснять, все равно не поймет, чтобы он ни говорил.

ХХХ

«Вот собака двуногая! Да как он посмел?!» – продолжал гневаться Джаван. Вот верно говорится, с кем поведешься, от того и наберешься – иначе как псиной Куаутемока он не мог назвать, недаром этот гад – глава именно храма пса.

Все то время, что языческое войско было на марше, принц мысленно костерил и проклинал пропавшего Куаутемока, искренне надеясь, что тот сдох в какой-нибудь канаве смертью помучительнее. Злоба пульсировала в висках в такт шагам. Кровь периодически закипала под звучные удары хлыста, подгоняющего еле волочащих ноги пленников.

Стоны и плач рабов не способствовали тому, чтобы Джаван успокоился.

Более того, с каждым часом, нет, с каждой минутой он осознавал всю критичность ситуации. Мало того что и без того ходят слухи, что с Орой что-то не то, ведь она и так в девках засиделась. Принцесса уже пару лет назад вошла в брачный возраст, но замуж ее так и не выдали. Наилучший Тарапа, их отец, предпринимал усилия, чтобы найти своей дочери достойного жениха, но Трапезустий замужеством сестры не очень-то озадачивался.