Жертвенный престол

Спорить с этим Куну не было никакого смысла, все было и так очевидно.

– Эй, вы двое! – вдруг послышалось со стороны барной стойки. Друзья обернулись и увидели четырех брахманов-котов.

«Черт, вот только этого не хватало!» – подумал Куаутемок, когда жрецы уже направились к путникам.

– Откуда у вас этот посох? – требовательно поинтересовался один из котов, человеколев, который явно был главным в этой четверке.

– Друг подарил, – без зазрения совести молниеносно выпалил Куаутемок. Лев скептически хмыкнул и окинул парочку еще более подозрительным взглядом.

Его недоверие было объяснимо. Это Куаутемок был человеком и без каких-либо атрибутов своего положения мог сойти даже за крестьянина, но вот койот Кун однозначно выдавал в друзьях членов храма пса.

– Какой такой друг? Это посох одного из котов, откуда он у тебя, человек храма пса?

– Я еще раз говорю: друг подарил, – спокойно повторил Куаутемок. – Я как-то был на охоте и вытащил одного из ваших из трясины, вот он в благодарность и подарил мне свой посох.

Что тут удивительного? Взаимовыручка может быть и между нами – псами и котами. Ваш попал в беду, я его без всякой задней мысли вытащил, он подарил мне посох. Что тут такого?

– А как тогда его звали? – поинтересовался стоящий за спиной льва тигр.

– Слушайте, ребята, это было давно, я уже не помню. Мы ж с ним не закадычные друзья, не пьем с ним каждый день. Я его просто вытащил из переделки, и он меня поблагодарил как друга. Все! После этого я его не видел.

– А почему ты тогда говоришь, что он твой друг? – все не унимался с расспросами лев.

– А потому что кто еще тебе человек, который тебя спас, если не друг? Это обычай, – усмехнулся Куаутемок. Ему уже эта беседа изрядно надоела, и он, откровенно говоря, волновался, потому что если коты не отстанут от них, то друзьям несдобровать. Но показывать свое беспокойство этой четверке не следовало. Нужно продолжать делать вид, что все в порядке. А смех – хороший способ разрядить обстановку. Наверное.

– А ну, что здесь случилось? – донеслось со стороны входа.

Все жрецы сразу же устремили свои взоры к вопрошающему. Брахманы, как-никак, были привилегированной кастой, а потому всем было очень интересно, кто это так бесцеремонно влез в разговор священнослужителей.

В дверях стояли пять кшатриев. Коли здешние места были владениями наилучшего, все кшатрии на этой земле, кроме гостей из других княжеств, были стражами порядка и, соответственно, могли задавать любые вопросы кому угодно.