Познакомлюсь с принцем. Не Золушка

– Слава богам! – воскликнула Флора, а полная кухарка, видимо, та самая кухарка Жатенья отсалютовала половником.

– Только, я сама выберу, можно?

– Солененького, остренького, кисленького? – еще больше засуетилась служанка. – Не иначе как у вас скоро женские хвори начнутся.

– Возможно.

Пусть думают, что хотят. Под болтовню Флоры Таня подошла к кухонной столешнице, возле которой кипела жизнь: блюда выставлялись, солились и перчились, поливались соусами, а затем отправлялись в теплый шкаф, чтобы не остыть. Что-то тут же уносилось наверх, и Татьяна удивилась тому, как много едят Этелия, Онция и гостящий в замке доктор Гриз.

Однако вскоре выяснилось, что слуги просто готовили еду с избытком, не зная, на что падет выбор хозяев и не придется ли переделывать меню. С утра им выдавались инструкции в стиле: «Что-то легкое, воздушное и, пожалуй, ветчину» – Онция. «Паштет, определенно паштет… Гусиный или перепелиный? Приготовьте оба» – Этелия.

По факту, съедалась лишь треть снеди, остальное браковалось.

Онция отрезала два ломтика от ветчинного рулета, Этелия обнаруживала «сухость в желудке», несовместимую с паштетами, и требовала воздушный омлет. Только доктор Гриз жрал все подряд.

Остатки доедали слуги. Попасть на кухню к Лю Дэбрэ считалось особой привилегией. Даже самые худые поварята, мальчишки, присланные из приречных земель, за пару месяцев отъедали себе круглые щечки.

Таня без особых церемоний сцапала со стола глиняную тарелку, подхватила вилкой перепелку с противня, прошла к краю столешницы, добавила к птице пяток маленьких вареных свеколок и морковок и алчно уставилась на ящик со свежей зеленью.

Из него торчали пучки петрушки, свекольной ботвы, ревеня, сельдерея и чего-то слабоузнаваемого, похожего на ростки фасоли. Заполнив блюдо на треть зеленью, Татьяна уселась за стол у окна, от которого предусмотрительно попятился упитанный поваренок.

– Так… амесси… – растерянно проговорила Флора, комкая в руках край фартука. – Перепелочка, конечно, свежая и нежная, но свекла и зелень – для зверинца вашего.

Амесси Онция поросеночка своего, миниатюрной породы, свеклой кормит. Остальное лошадкам даем, ослику, морковь вот, стебельки из теплицы…

Татьяна шмыгнула носом и подняла взгляд от тарелки. Работа на кухне замерла, слуги и повара таращились на девицу, укравшую еду у поросенка. Никто не улыбался, и на том спасибо. Однако Тане послышался шум успокаивающих минеральных вод где-то у черта на куличках, ОЧЕНЬ далеко от принца и условий пари.