Как я как бы забеременела (сборник)

В это время прапорщик, проспавший едва ли не десяток часов, хватился курева, и, не обнаружив его у себя, крадучись, опасаясь сестры за нарушение режима, пробрался в свою палату.

Тихо вошёл и прямиком направился к своей тумбочке, и принялся там шариться рукой. Соседи по палате, зная, что человек помер, выкурили всю его пачку, вроде бы как за помин души.

Не обнаружив сигарет, прапорщик попросил:

– Ребята, дайте закурить, сил нету, умираю.

«Ребята» в ступоре молча сидели на койках, вылупившись на «покойника».

А по коридору во весь опор бежала представительная делегация. Впереди – дежурный врач, за ним – медсестра, далее нянечка, обнаружившая «умершего», за ней сын «покойника», и несколько легко травмированных бойцов.

Вся эта орава мчалась в палату, где до изоляции находился радикулитчик.

В палате бойцы по-прежнему сидели по койкам, словно застывшие степные тушканчики, обмирая от ужаса.

Резко распахнулась дверь, и в палату залетела целая толпа сочувствующих и сопереживающих, испуганных людей во главе с дежурным врачом, и застали картину с ожившим «покойником».

После этого смеху было на весь госпиталь. Смеялись даже те, кто не мог самостоятельно ходить. А причина была очень даже банальная. В честь праздника сердобольная раздатчица подсунула прапорщику четыре круто сваренных яйца, на которые, как оказалось потом, у того была аллергия.

Дополнительное лицо

«Мало кому известно, что Иван-царевич втайне от Царевны-лягушки похаживает по другим жабам»

    (По доносу ябеды)

– Значит, так.

– Куда вносить, если у меня уже финальная сцена? – возмутилась я беспределом благодетеля.

– Я что, непонятным языком говорю? Внесёшь, и чтобы мне никаких гвоздей, – продолжал он свирепствовать.

– Мне надо посоветоваться с режиссёром, – отбивалась я, зная какую трудность представляет «всувание» нового лица в почти готовый киносценарий.

– Чего?! С каким это ты режиссёром собираешься советоваться? Уж не с Козявкиным ли? – это он так о режиссёре Жукове. – Тебе кто платит деньги, я или тот Букашкин?

Спонсор дозволял себе всё: грубость, унижение и нелепые приказы. Ведь это он давал деньги на создание фильмов. И, надо сказать, немалые.

– А что за лицо? – поинтересовалась я. – Какого оно полу? – хотя догадывалась о ком пойдёт речь.