Приморская элегия

На помощь поспешили врач с немцем, подхватили Артура за ноги, помогая дотащить до машины, приподняли и подали наверх.

Там его положили на пол кузова. Самому Саньке помогли забраться по лесенке. Усадили на бортовой скамье напротив головы друга, лежащего все также без сознания. Погрузка быстро закончилась, и машины медленно двинулись с места.

Оглядевшись по сторонам, он увидел вдалеке длинную колонну советских пленных, сопровождаемых вооруженными немцами с собаками. Только позже он узнает, почему сам не оказался в той колонне, со всеми своими однополчанами.

Его просто посчитали за австралийца, когда он бормотал на языке друга, выкапывая того из-под земли.

К австралийской Армии у немцев было особое отношение. Общество «Красного креста» согласно меморандуму австралийских военнопленных забирало и отправляло на нейтральную территорию. «Соглашением» предписывалось: попавшие в плен, а затем помещенные в приемники «Креста» не имели права вновь возвращаться к участию в боевых действиях.

Проще говоря, для Саньки и для тех, кто сидел с ним в кузовах этих машин, война окончилась. Милосердно и никаких лагерей. Жаль, что «Соглашение» распространялось лишь на австралийских солдат. Родина не забывала их ни на миг. И в случае беды спешила им на помощь.

Машины уже ехали по улице разрушенного города. В кузове стало немилосердно трясти. Голова Артура моталась из стороны в сторону и билась о днище, при каждом скачке машины на ухабах. Превозмогая боль и смертельную слабость, Санька с трудом стянул с себя грязную порванную гимнастерку и, скатившись на колени, подложил ее под голову друга.

Приподняться, чтобы сесть на место, на бортовое сиденье сил у него не хватило. Так и сидел рядом с товарищем на досках, удерживая его голову от сильных толчков, пока не почувствовал, что машина остановилась. Они подъехали к железнодорожному вокзалу.

Немец, ехавший с ними в кузове, перелез через борт машины, опершись ногами на заднее колесо, спрыгнул на землю.

Поддерживая автомат на груди, побежал к кучке военных, стоявших у первого вагона санитарного поезда, наблюдавших за погрузкой раненых.

Из кабины их грузовика выбрались двое немцев и тоже отправились в сторону первого вагона. Там, по-видимому, получив команду, быстро побежали к зданию вокзала, и тут же выскочили с санитарными носилками, придерживая их за боковые ручки. Прибежавший охранник отдал команду перегружаться в вагоны.