Не называй его Титаником

И в этом волшебстве Клер ему представлялась неземной принцессой. Джону хотелось смотреть только на неё. Он видел, что и девушке по душе их совместное времяпрепровождения.

Глянув проникновенно на Джона, совершенно серьёзно девушка произнесла:

– Я в восторге от твоего дара. Такое сотворить может только искусник. В твоих поделках чувствуется живое отражение природы. Эмоциональное высказывание Клер напоминало мелодичное звучание. Джон готов слушать девушку бесконечно.

– Расскажи, как ты передаёшь красоту в таком совершенстве.

Твоя бабочка – воплощение подлинной натуры. А этот цветок… – Клер с придыханием открыла коробочку – это художественное произведение. Какая муза вдохновляет тебя… – девушка лукаво улыбнулась.

В глазах Джона появились озорные огоньки, и он выпалил:

– Простушка.

– Простушка… Это кто…

– Старая лошадь-циркачка, с которой нас свела судьба.

Удивленный взгляд Клер побудил Джона воскресить давние воспоминания. И он с неуемным выплеском стал рассказывать о своем безрадостном детстве, дружбе с цирковой лошадью.

Клер с пониманием слушала юношу.

– Ты видел свою маму. У тебя есть с кем её сравнивать. Я маму совсем не видела. Она только подарила мне жизнь и ушла… – тихо произнесла девушка. Но в её голосе не чувствовалось горечи утраты. – Со мной с самого рождения находится папина сестра, тетушка Анат. Она добрая, заботливая. Наверное, такой и должна быть мама.

– Наверное… – неуверенно подтвердил Джон. И, как бы сочувствуя им обоим, подумал: «Вот и с Клер у нас общая отметина судьбы».

И в сердечном порыве, вдохновенно произнес: – А ты похожа на мою маму… – смутившись, уточнил: – То есть на Мадонну… Ну, на ту Богородицу… – запутавшись в сравнении близких ему образов Джон растерянно замолчал. В этот вечер общения у Джона появилось ощущение такой близости, будто Клер давно была самым родным для него человеком. А ещё он почувствовал, что и Клер была в душевной доверительности к нему. Блеск в её глазах, лёгкое касание её рук вдохновляли на ответное чувство.

Сказанное девушкой «До завтра» зовущим и манящим звучало в его душе.

Весь день Джон прибывал в ожидании.

Появление в дверях Клер вызвало облегченный выдох и эйфорию чувств.

Этот вечер, а затем и следующий, и следующий… были радостными и полны ожиданием. Ведь каждый вечер прощаясь, Клер говорила «До завтра».

В Клер Джона восхищало всё. А её начитанность стало насущной потребностью в его непросветленной жизни.