Черная вдова

Разбросанные по полу обрывки старых газет, рваные тряпки, помятая закопченная кастрюля, сковородка, с отломанной ручкой и дырявый помятый чайник без носика сиротливо, валявшийся возле ободранной плиты указывали, что хозяева навсегда покинули жилище.

– Тетя Нюра! – кинулась девушка к соседке, напротив. – А где мама с папой? Им что дали новую квартиру? – хваталась, словно за соломину Ира, предчувствуя недоброе.

Опасения девушки были ненапрасными. Взрослея, начала понимать: ее родители вовсе не такие, как отцы-матери ее одноклассников и соседских детей.

Они ни разу не приласкали дочку, не сказали ей ни единого, ласкового слова, не посещали родительские собрания в школе, не интересовались ее заботами и успехами в учебе.

Однако и не обижали. Девочка всегда накормлена, правда чаще всего соседками по просьбе матери, в кино ходила с чужими детьми в сопровождении их родителей.

– Мы трудимся на благо Партии и народа, у нас нет времени на личные дела, – отвечала Шурка на наивные вопросы дочери, почему они с отцом не ходят с ней в кино.

 – Нас сюда послала Партия и мы, коммунисты, должны в первую очередь оправдывать ее доверие.

Девочка смирилась с таким отношением к себе родителей, не осуждала их. И вот они исчезли.

– А-а-а, это ты, Ира, – приоткрыв дверь с ободранной обивкой, сказала соседка, увидев девушку. – А тебе разве родители не сообщили, что их командировали на Камчатку. Там началась прокладка туннеля, и потребовались работники с такой специальностью, как у твоих родных.

Они собрались и уехали.

Ира стояла, словно пораженная молнией. Чего угодно ожидала она от родителей, но такого, чтобы бросить ее на произвол судьбы, переварить не смогла. Слезы обиды покатились из глаз.

– Они не оставили вам своего адреса, куда поехали?

– Нет, деточка, не оставили, – сказала соседка, жалобно глядя на несчастную.

Она не стала добивать горемыку последними словами ее непутевых родителей, положивших собственную жизнь на алтарь служения Коммунистическим идеалам родной Партии, которая так и не удосужилась наградить патриотов собственным жильем за их героическую прыть.

На вопрос соседки к отъезжающим коммунистам:

– А дочке вы сообщили о своем отъезде? Она знает, куда вы едете?

– Дочка уже взрослая. У нее своя жизнь. Мы что будем ей объяснять, что нас Партия бросает на ответственный участок? Так она об этом прекрасно знает, для нее это не новость.