Осколки

Больше года Алина провела в больнице, борясь за ее жизнь, благодаря бога за каждое мгновение проведенное рядом и моля его дать ей еще немного времени, совсем чуть-чуть… И Павел был рядом, все это время он стоял за ее спиной и молился вместе с ней, просил, умолял, торговался, предлагая себя взамен.

Но судьба была непреклонна. И когда Стелла ушла, с ней вместе, крепко держась за руки, ушла и его жена. Ее тело все еще было здесь, оно дышало, разговаривало, питалось, но это уже была не она, только легкая тень, отдалено напоминающая Алину.

Она иногда вела себя совсем как человек, могла накричать, зарыдать, воспылать страстью. Но, все же, большую часть времени, это была лишь пустая оболочка, красивая женщина с каменным сердцем и ничего не выражающим взглядом.

Пятнадцать лет он, молча, ждал, что его Алина вернется к нему. Они пролетели, как один миг. И теперь из зеркала на него смотрел мужчина, виски которого подернулись раньше времени сединой, а в глазах давно поселилась тоска.

Он больше не мог так жить… Не хотел… Душа требовала движения, адреналина, жизни! И это все ему обещали зеленые глаза Женьки, и чем больше он думал о них, тем сильнее ему казалось, что это действительно так.

Глава 6

Суббота. Не нужно идти в школу. Не нужно тащить мелкого в сад. И даже в кафе ее сегодня не ждут. Первый полноценный выходной за несколько недель. Можно поспать лишние пару часов, понежиться в теплой постели, зарывшись лицом в подушку и укутавшись в теплое одеяло.

В комнату кто-то вошел.

«О, нет» – подумала девушка, – «Сашка проснулся…»

Скрипнули и прогнулись пружины матраца. Что-то тяжелое привалилось сверху.

– Сааааш, – заныла девушка, не открывая глаз, – Дай поспать…

Что-то скользнуло под одеяло, и чьи-то шершавые холодные пальцы коснулись кожи. Она развернулась и легонько толкнула брата. Но он оказался гораздо тяжелее, чем она ожидала. Девушка открыла глаза, вскрикнула и выпрыгнула из своей постели, мгновенно оказавшись на полу.

– Вы кто такой? – закричала она, заворачиваясь в одеяло.

На ее кровати, нагло улыбаясь и демонстрируя ряд золотых зубов, лежал незнакомый мужик, сморщенный, словно урюк, и весь покрытый татуировками.

– Я Сева, кукла, – прохрипел мужик, севшим, прокуренным голосом, – Какая ты сладкая! Иди сюда! – он похлопал по кровати рукой, приглашая девушку к себе под бочок.

– Ма-а-ам…! – завизжала девушка и выскочила из комнаты.