Скриба

– Боже мой! Как же это случилось? – в испуге спросила жена Корне. – С вами-то все в порядке?

– Кончай причитать и тащи этот чертов котелок! – Мастер в сердцах стукнул кулаком по столу.

Тереза начала раздевать отца, но жена Корне молча отстранила ее и сама принялась за дело. Покончив с одеждой, она обтерла его обрезком шкуры, смоченным в теплой воде. Корне внимательно осмотрел раны, обнаружив еще несколько порезов на спине и плечах, но больше всего его беспокоила правая рука.

– Держи вот так, – сказал Корне, подняв руку Горгиаса вверх.

Тереза сделала, как он велел, не обращая внимания на кровь, которая испачкала и ее платье.

– Беги-ка в крепость, – сказал мастер, обращаясь к сыну, – и позови врача. Скажи, пусть приходит скорее.

Парень убежал, а Корне повернулся к Терезе:

– Я дам тебе знать, когда нужно будет согнуть ему руку в локте и прижать к груди, понятно?

Тереза кивнула, не отрывая взгляда от отца. По щекам ее струились слезы.

Мастер завязал жгут над раной, несколько раз обернул его вокруг руки и сильно затянул.

Лицо Горгиаса задергалось, будто он начал приходить в сознание, но это оказалась обычная судорога. Правда, кровотечение наконец прекратилось. Тогда Корне подал знак, и Тереза согнула руку так, как он велел.

– Ну вот, самое страшное позади. Другие раны менее опасны, хотя посмотрим, что скажет врач. Наверное, его еще и били, но надеюсь, кости целы. Давай-ка его укроем, пусть согреется.

В этот момент Горгиас зашелся спазматическим кашлем, который явно причинял ему боль.

Приоткрыв глаза, он увидел плачущую Терезу.

– Ну, слава Богу, – сказал он слабым, прерывающимся голосом. – С тобой все в порядке, дочка?

– Да, отец, – всхлипнула Тереза. – Я хотела попросить помощи у караульных и побежала искать их, но не нашла, а когда вернулась…

Тереза не закончила фразу, задыхаясь от рыданий. Горгиас взял ее за руку, притянул к себе и попытался что-то сказать, но снова закашлялся и потерял сознание.

– Ему нужно отдохнуть, – сказала жена Корне и мягко отстранила Терезу.

 – А ты перестань плакать, слезами горю не поможешь.

Девушка покорно кивнула. Она подумала, что надо бы сообщить мачехе, но решила пока этого не делать. Лучше до прихода врача прибраться в мастерской, а когда он осмотрит раны и скажет свое мнение, тогда можно будет рассказать о случившемся. Тем временем Корне наливал в лампады масло из глиняной плошки.

– Иногда мне хочется намазать его на какую-нибудь черствую корку, – признался он.