Семь. Гордыня

– Иди, – прошелестела Лизка одними губами и потянулась рукой к своей сумке. – Со мной всё будет в порядке.

– По твоей ране этого не скажешь, – скептически хмыкнул я, прикрыв дырку от пули свежим куском ткани. Кровь чёрными сгустками выходила из неё наружу. Чёрное – это плохо. Однозначно. – Сука! Я не доктор, Лиз, но ты выглядишь херово. Скорее всего, прострелена селезёнка или печень. Как ты до сих пор жива, хер его знает. Я звоню в скорую и мне насрать, что ты скажешь.

– Возьми у меня в сумочке доза… Там… – девушка ткнула пальцем и обессилено уронила руку на постель.

– Что взять? – принялся я рыться в сумке, вытряхивая содержимое наружу. – Наркотик?

– Идиот! Какой наркотик?! Да, вот это… – оживилась она, увидев в моих руках белую коробочку с чёрными надписями. – Вколи мне одну, нет, две дозы.

– Средство от запора, – прочитал я вслух, бросив удивлённый взгляд на сестру. – Принимать по рекомендации вашего лечащего врача. Лиз, а ты посоветовалась?

– Заткнись! Ну почему ты такой тупой?! В какую коробку, по-твоему, я должна была засунуть свою засекреченную разработку? С надписью: «Регенеративный препарат лаборатории Гордеевой»?

– Не умничай.

Так это для регенерации? Точно поможет?

– Да, точно. Ты мне не веришь?

– Дело не в этом, – я помотал головой, выковыривая из коробки один из пяти заряженных автоматических шприцев без маркировки. – Просто, это всё выглядит как предсмертный бред сумасшедшей. Если это слабительное, как указано на упаковке, ты обколешься, сдохнешь и обосрешься.

Ну или сначала обосрёшься, а потом сдохнешь. Не важно. А мне потом перед отцом отвечать.

– Ой, как мило! Ты обо мне беспокоишься, – она сморщила свой носик. – Не ссы, братик! Сегодня я не сдохну.

– Ладно, поверю на слово, – я приложил автоматический дозатор к плечу сестры и нажал на кнопку. С тихим шипением препарат впрыснулся в её кровь, и девушка облегчённо прикрыла глаза.

– Ещё одну… – прошептала она.

Пожал плечами, достал из пачки ещё один шприц и повторил процедуру.

За моей спиной, в глубине номера, снова раздался требовательный стук в дверь, который я, как и первый, просто проигнорировал.

– Побочек никаких? А то зная тебя, на упаковке как раз может быть написана правда.

– И в кого ты такой умный? – поморщилась Лиза, недовольная тем, что я нарушаю её спокойствие.

На лице девушки проступил заметный румянец, а бледность и серость отступили на второй план. Значит, жить будет. Возможно, это всё же не слабительное.