Крысиный бег. Иллюстрированный роман

Сколько мы с ним прошли и пережили, с самого приюта прикрывали спины друг другу! Сколько раз я его выручал, подставляясь сам! Сколько… Да пошёл он! Долго он протянет без меня, пока его, словно куклу-петрушку, не натянет на свой толстый хер Меченый, вожак конкурирующей с нами бригады? Думаю, недолго.

И после всего, что мы вместе пережили, он закатал меня в свинец и бросил в Дунай? Тварь! А главное – из-за чего, вернее кого? Из-за бабы… Из-за девки, которая через месяц поимеет его так же, как он поимел меня.

Хотя, мне теперь до этого дела нет! Теперь тебе никто не прикроет спину, Сой. Ты сам выбрал этот путь. Только это меня и радует! Немного…

Голова опять закружилась, и я снова потерял сознание. И снова сдох! В который раз уже? В тысячный? И снова воскрес. Полный сил и бодрости, с равномерно отстукивающим новые секунды жизни сердцем. Надолго? Минуты на три максимум, пока снова не сдохну от недостатка кислорода в крови. Как это вообще работает? Долбанная регенерация! Откачивает меня постоянно и вытаскивает снова и снова с того света.

Я потянулся к узору, нет смысла тянуть – я больше не жилец. Из этого свинцового куба мне не выбраться. Активация узора, двенадцатого узора, единственного не активированного за всю мою жизнь.

Узор последнего шанса, или второй попытки. Его называли по-разному: и узор перерождения, и узор новой жизни, и узор окончательной смерти. Поговаривали, он даёт вторую жизнь или второй шанс, перерождает владельца в новом теле. То ли в зародыша, то ли в тело нового подходящего носителя.

Или просто убивает.

А ещё говорили – он не работает. Были, конечно, те, кто утверждал, что именно они Перерождённые, но это всё на уровне слухов и сказок, мы не встречали людей, которые точно могли это подтвердить и доказать. Хотя, опровергнуть его работоспособность тоже никому не удавалось. Да и редко кто из наших наносил себе этот узор, рисковать и сдохнуть от случайной активации желающих мало.

Но в моём случае это уже не важно, у меня просто не было другого выбора.

 Я умирал десятки раз от расплавленного жидкого и обжигающего металла, пока он не остыл, пока меня живьём заливали в глиняной квадратной форме, а затем сотни раз от удушья в этом тесном свинцовом гробу, и понимал – мне отсюда не выбраться. Никогда!

Я закрыл глаза, отдаваясь неимоверной всепожирающей боли. Узор начал действовать…

* * *

Я открыл глаза и уставился в розовый потолок.