Искатель последней надежды

Моей сестре повезло больше, она старше на пять лет и заканчивала ту же школу, в которой училась с первого класса, живя у дедушки с бабушкой, она не выходила из зоны комфорта каждый год. Я бы и сам жил у бабушки с дедушкой, но моё поведение оставляло желать лучшего, ведь я убил всех домашних животных, не то чтоб специально, но так получилось. Не люблю животных, мерзкие твари. Любви достоин лишь венец творения.

Поступив в университет, Хелен перебралась к тёте Вике. А я вот теперь живу у тёти Майи и каждое утро езжу на трамвае до университета.

В этом месяце завывал ужасно холодный ветер. Солнце ушло в отпуск. Температура упала градусов на семь-восемь. Многие заболели на следующий день. Примерно, половина отсутствовала на первой же лекции. На третьей паре ко мне подсел один из тех «особо стрёмных». Второго видно не было. Лицо у него кислее уксуса. Мне вдруг стало как-то холодновато; то ли из-за его грустных отстраненных глаз, то ли потому что отопительный сезон еще не начался. Заговорил с этим чуваком. Рассказал смешную ситуацию из жизни.

От души посмеявшись, мы познакомились.

Зовут его Максим Римский. Швабра с метр девяносто. Синяки под глазами темнее Марианской впадины. Вместо ключиц два колодца; хоть лапшу в них заваривай. Патлатый, как собака; конкретно – спаниель.

Макс рос в традиционной православной семье имеющей свой кондитерский завод. Отмечал все религиозные праздники, но, как он сам позже признался, не очень-то верил в этих «штрихов в рясах». «В Бога, да, но типы в рясах меня не впечатляют.

Скорее в святую тарталетку поверю» , – сказал он мне как-то на паре.

Оказалось, что Максиму по душе комиксы, фантастические романы, поп-музыка и всякая таинственно-секретно-научная хрень. Играл он, когда-то, в баскетбол на полупрофессиональном уровне, представлял школу и так далее, но, как только Максимка познакомился с компьютером, интерес к баскетболу пропал. С чего бы это?

Примерно через неделю, познакомился и со вторым. На голову выше первого. В никелированной лысине можно было увидеть собственное отражение.

Ряха как у хомяка, который за щеками мог спрятать больше, чем любой таджик в заднице. Руки как ноги. Ноги как у слона. Пальцы как сардельки. Жопу видно даже спереди. А зовут его Василий Торенко. Любил он, что не удивительно, вкусно поесть, фильмы про военных и армию, исторические романы, историю ядерного оружия и секретно-военную ересь.

Васька живёт с отцом с шестнадцати лет. Это дало свой отпечаток ведь батя отставной полковник.