Оглашенная

Очнулась, когда остановились возле бревенчатой избы.

Гена дернул калитку, постучал, вернулся к машине.

– Дрыхнет, старая.

– Может не слышит, телевизор мешает?

– Нет, если телек у бабани включен, точно дрыхнет. Он у нее вроде Кашпировского. Да и чего там показывать в три часа ночи?

Геннадий перемахнул через забор, открыл дверь, включил в коридоре свет. – Гляди, здесь выход во двор есть, в огород, а там и лес рядом. Эх, люблю я деревеньку мою, жалко, что делать здесь нечего. Старики, старухи да алкоголики – вот и все население.

В сенях стояли большие, широкие, с ременными креплениями, лыжи.

– Кто ж на них ходит? – Изумилась Лена.

– Баба Таня рекорды ставит. Здесь магазина нет, приходиться к соседям мотаться.

Войдя в комнату, щелкнул выключателем. Зычно скомандовал. – Хозяйка, подъем!

Полдома занимала печь с лежанкой. Крашеная деревянная перегородка делила «зал» на две части. За перегородкой – кровать с пирамидой подушек под тюлевой накидкой. Посередине – стол. Слева – диванчик.

Над ним – фотографии в рамочках. Вверху, в углу, на специальной подставочке стояли иконы. Потрескивал фитилек лампадки. Справа, у стены – комод. Низенький, но крепкий. На нем – телевизор. На подоконниках на маленьких скамеечках – горшки с цветами.

Лена села на диван. «Где же хозяйка?».

– И-и-и! Прибыли, – донесся с печи тоненький голосок. Там что-то зашевелилось. Первым спрыгнул толстый, полосатый, как арбуз, котяра и, подбежав к гостье, начал тереться о ноги.

– Яшка, разбойник, брысь! – По лесничке с тремя ступеньками с печки спускалась бабушка, держа дистанционный пульт.

Ростом с мальчика. Укутана в кофту и безрукавку, хотя в доме было жарко натоплено.

– Баб Тань, – обнимая старушку, деловито начал Геннадий. – Это подруга Светки моей. Пусть у тебя побудет, воздухом подышит, молочка попьет, чтоб, значит, ребеночек здоровый родился, – почти кричал он в ухо бабушке.

– Да слышу я, не шуми, – она рассматривала незнакомку. – Пусть хоть сколько живет. Места много. Мне с Яшкой и Машкой веселее.

– Машка – это коза, – пояснил Гена.

– Поди, оголодали с дороги? Счас на стол соберу.

Но Генуся заторопился. – Вы уж без меня.

Лена написала записку: «Мамочка, очень прошу, приезжай. Не волнуйся, у меня все хорошо. Я сказала тебе неправду. К Мише не ездила, но ты ему не звони. Встретимся, все объясню. Возьми войлочные сапожки, купи бананов и грейпфруктов. Записку передаст мой знакомый Гена. Никому ничего не рассказывай, это – опасно.