Оглашенная

Оглашенная

Павел Примаченко

«Претерпевший же до конца – спасется».

Героиня книги – Елена Мохова не слышала этого завета.

Вчерашняя школьница, беззаботная, беспечная девчонка, Лена становится матерью близнецов с разным цветом кожи.

Она делает то, что сделала бы каждая настоящая мать – спасает и защищает своих детей от международной мафии – торговцев «живым товаром» и крадеными алмазами.

Скрываясь от бандитов, Лена случайно оказывается в деревне.

– Мальчонка-то наш – белесый, а девочка – чистая негра.

Кто же их отец? Чьи детки? – удивляются и недоумевают бабушки, принимавшие у Лены роды.

– Как чьи? Мои! А кто отец? Не знаю, – без смущения отвечает молодая мама.

«Встречалась с Мишей и негром Денисом. Пойди, разберись, кто их отец, – думает Лена, – да, разве теперь это важно? Главное – мои дети».

И этим определяется ее дальнейшая судьба. Отстаивая жизнь и счастье детей, она способна на чудеса храбрости и стойкости. Спасаясь от преступников, Лена попадает в невероятные ситуации.

На помощь ей приходят как близкие и родные люди, так и добрые, отзывчивые случайные знакомые.

Но главная её опора – искренняя вера в защиту Пресвятой Богородицы.

Попадая в очередное, казалось бы, безвыходное положение, она просит Заступницу: «Помоги, помоги. Ты же сама Мать».

И помощь приходит. Приходит как «обыкновенное чудо».

Даже поддержка королевы Нидерландов, хотя и чудо, но вполне объяснимое.

– Потому что чудо, – по словам Святого Николая, покровителя города Амстердама, – это то, чего по здравому разумению быть не может, но тем не менее, существует.

Павел Примаченко

Оглашенная

Глава 1

«Как вы меня достали, достоевские. Как вы мне все остоюбилеили, – разрывалась немым воплем Лена, зло, глядя на очередного покупателя. – Ох, дура, ведь не хотела, а согласилась. Мать стала канючить: «Ты ведь уже взрослая, одеться надо, обносилась вся. Место хорошее, по знакомству, я договорилась». Она права. Деньги нужны.

Иной раз на улицу выйти не в чем. Хожу, как Золушка, старье донашиваю. А везде столько красивых вещей и вкусной еды. Зато в карманах – дырки. Но на работу все равно не рвалась. До восемнадцати всего полтора месяца осталось. Отец твердо обещал: «Будешь стюардессой. Запомни, Аленка, Моховы не горят, не тонут и мягко приземляются». Последнее время часто созванивались. Он выпьет, затоскует: «Доченька, приехала бы, проведала». Если бы он хоть один жил.