Фурии на подоконнике

Его отец часто мотался в Амстердам и Копенгаген, а на окончание первого курса института подарил Алеше новенькую «Дэу-Нэксия». Тогда это звучало более чем круто. Собственная тачка – в восемнадцать лет!

Алеша на «Нэксии» оказался достойной парой для принцессы Веры. И когда Олег позвонил в следующий раз, Вера с триумфом сообщила, что выходит замуж и уже купила свадебное платье.

Олег усмехнулся, пожелал молодым счастья и бросил трубку. Вопреки романтическим ожиданиям Веры, он не стал похищать ее из-под венца, не ворвался в ЗАГС со словами: «Не делай этого, любимая!» и вообще больше не появился.

А вот Алеша влюбился в Веру по самые уши.

– Я никогда так много не смеялась, как с Лешкой, – искренне восхищалась Вера. – Он такой добрый и интересный! Он научил меня играть в бильярд, управлять яхтой, ловить рыбу на спиннинг… Мы пойдем в горы с палатками! Это так здорово!

Алеша помог Вере найти интересную работу переводчицы, она стала мотаться по загранкомандировкам. В их доме всегда было шумно и весело.

Девочки обожали собираться у них, периодически приводя на смотрины своих новых парней. Алеша готовил модное блюдо фондю. Все усаживались вокруг горячей кастрюли и макали в расплавленный сыр кусочки хлеба. Алеша был душкой – эрудированным, красивым, неизбалованным мальчиком из приличной семьи. Ира читала ему стих «Ты помнишь, Алеша, дороги Смоленщины…» и подозревала, что даже слегка влюблена в него…

Как-то раз все, шумной компанией, выбрались погулять в парк. Вера собирала желтые листья в букет, Юлька дразнила чужих собак, во все горло мяукая «Тореодора», а Леша покупал хот-доги.

На одной из скамеек, сгорбившись, сидел Олег. Он выглядел печальным и одиноким. В черном пальто с поднятым воротником, брови-домиком. Ну прямо – Лермонтов перед дуэлью!

– Прррривет! – Вера помахала перед его лицом осенними листьями. – Ну как ты?

– Ничего. По-разному, – отвернулся Олег и трагически прикрыл глаза. – Жена ушла. Креплюсь…

Вера присела на скамейку.

– Какой ужас! Давай встретимся!

– А есть ли смысл? Ну, если ты настаиваешь… – И Олег оставил ей свой номер телефона.

Можно было надавать Вере подзатыльников, накричать на нее. Но это ничего бы не изменило. Олег был самой заветной Вериной мечтой. Она могла отстрелить себе палец, лишь бы осуществить ее. И все девочки об этом знали.

* * *

– Ирусик, моя крошка рядом с тобой? – звонил иногда Олег.

– Крошка! Ты что живешь с хлебом? – ехидничала Ира.

Они поженились. У них двое детей.