Жиголо для блондинки

«Неужели я и правда собираюсь это сделать? Я? Карина Дрозд, восемь журнальных обложек разного калибра за последний год? Звезда, любимица публики? До недавнего времени примерная жена? Я, я собираюсь воспользоваться услугами «продажного» мужчины… Как пошло, как пошло! Нет, не смогу!..»

Она решительно порвала бумажку на мелкие клочки. Вот так-то лучше. Теперь пути назад нет… Ну разве что перезвонить Зойке и попросить продиктовать номер еще раз. Но она, Карина, даже думать об этом не будет.

Она подошла к зеркалу.

Хороша. Ничего не скажешь, хороша. Не располнела с годами. В отличие от той же Зои. Зоя была женщиной холеной и, бесспорно, красивой, но у нее не хватало силы воли сидеть на диетах и ежедневно заниматься спортом. Зато несколько раз в неделю она ходила в лучшие салоны красоты. Но салоны салонами, а все-таки выглядела Зоя лет на пятнадцать старше Карины.

Лицо гладкое, в интимном полумраке Карина легко за двадцатипятилетнюю сойдет. Никто (в том числе и Зойка) не знает, правда, что пять лет назад Карина Дрозд была замечена в безлюдной части Швейцарских Альп, в одной крошечной дорогой клинике, – вышла она оттуда только через четыре месяца, зато помолодев на двадцать лет.

Та же Зоя, конечно, допытывалась, что случилось с Кариной, откуда такая чудесная метаморфоза. Но та молчала, как партизан на допросе. Уклончиво говорила:

– Ты же знаешь, я долго отдыхала на природе… И потом, Зоинька, ничто так не красит женщину, как влюбленность.

– Ты влюблена? – оживилась подруга. – Наконец-то свершилось.

– Наверное, я тебя разочарую: я влюблена в собственного мужа.

– Фу, какая ты скучная! Я думала, что на отдыхе ты подцепила нордического блондина.

– Мой Анатолий любому нордическому блондину сто очков вперед даст, – рассмеялась тогда Карина.

Прошло пять лет, а ей почему-то вспомнился тот легкомысленный разговор. Такая счастливая была она тогда, такая красивая и желанная, уверенная в завтрашнем дне. «А ведь у меня и правда полно поклонников, – подумала Карина, перекидывая ухоженные пшеничные пряди на косой пробор.

 – Любой из них будет танцевать от счастья, если я приглашу его на презентацию». Один поклонник готов жизнь за нее отдать.

Карина подошла к письменному столу, приютившемуся на уютной веранде. Столом почти никогда не пользовались. Карине рабочий стол ни к чему, Толя тоже не любил работать дома. В ящиках стола она хранила старые журналы. Выдвинув верхний ящик, Карина небрежно вытряхнула журналы и газеты на пол.