Девушки, согласные на все

Ему всегда нравились светленькие девушки с гитарообразными ладненькими фигурками, веселые, курносые, кокетливые и немного легкомысленные. Наверное, он и не посмотрел бы на Азию – с ее нечесаными волосами, одетую в тертую кожаную куртку-косуху, – даже не заметил бы ее, если бы в один прекрасный день она сама не остановила его на Старом Арбате.

Она подошла сзади и спросила:

– Ты что, фотограф?

Филипп удивленно обернулся. На его плече действительно висел старенький «Зенит» – во ВГИКе он получил задание сделать несколько снимков архитектурных памятников для одного из семинаров.

– Фотограф, – пожал он плечами.

– Сфотографируй меня, – не попросила, а потребовала она. – Очень надо.

– С чего бы это? – ухмыльнулся он и подумал: «Ну и нахальная пигалица!»

Отчего-то в первый момент она показалась ему совсем молоденькой. Он потом удивится, узнав, что ей уже двадцать семь – старше его на пять лет!

– Я хорошо получаюсь на фотографиях, – она улыбнулась и посмотрела куда-то в сторону.

 – Все говорят, что у меня интересный типаж. Ты не пожалеешь. Если ты фотограф, значит, тебе должны быть интересны необычные модели… Ну, пожалуйста. Хотя бы один кадр.

– Да ладно, – пожал он плечами. Арбат всегда кишел сумасшедшими, и, видимо, эта некрасивая девчонка была из их числа. – Становись спиной к стене.

Она ловко сняла свою ужасную грязную куртку и, подумав, бросила ее прямо на асфальт. Только теперь он заметил, какая она худая – словно девушку не кормили несколько дней.

Она выгнула ребристую спину и выставила вперед ногу, а Филипп поморщился, посмотрев на ее костлявую коленку – телосложением девушка напоминала общипанного синего цыпленка из гастронома. Ей же, видимо, казалось, что она выглядит жутко сексуально.

«Зенит» щелкнул несколько раз, и Филипп объявил:

– Готово! Можешь одеваться, красавица.

– Здорово! – Она вновь облачилась в свою косуху. – Ты не пожалеешь, так и знай. Родись я в Париже, стала бы первоклассной манекенщицей.

Я невероятно получаюсь на фотографиях! Волшебно! – Она вновь посмотрела куда-то в сторону.

Филипп проследил за ее взглядом – в нескольких метрах от них стояла престранная компания: двое мужчин (про таких говорят – косая сажень в плечах) и девушка, тоже одетая в грязную косуху. Девушка походила на откормленную белую мышь – круглое невзрачное лицо с блеклыми глазками, светлыми бровями и полным отсутствием ресниц.