Да придет свет

 – Мы даже знаем, почему он приехал. Все из-за того, что произошло там, за морем, в песках. Лесник хочет знать, – она посмотрела на сестру. – Он не догадывается, что именно произошло, но он хочет знать.

Поднявшись по лестнице, Сестры прошли в освещенный факелами дворец, а Гомати с Кальдом свернули в сторону помещений для слуг.

Находясь у себя в покоях, Сестры не спеша приводили себя в порядок после долгого путешествия. Хоть Дорос и не был их родным домом, но они жили в нем уже достаточно долго и здесь им было все по душе.

Хилини сидела перед зеркалом, накинув на себя лёгкие одежды, состоящие из брюк и рубашки, а Хава нежилась в большой ванне, что стояла там же в комнате, смывая с себя все, накопившееся за время, проведенное вне Дороса.

– Если Лесник спросит, что произошло, что ему расскажем? – Хава вытянула руку из воды, осматривая ногти, которые за долгое путешествие выглядели, мягко говоря, не очень, она поморщилась и опустила руку обратно в воду.

– А как ты думаешь, сестра? – Хилини оглянулась на сестру – Я думаю, ты согласишься со мной, что мы расскажем правду.

–Да, правда, – Хава приподнялась и села в ванне, – Ину и остальные повержены, Тахир тоже пал, думаю, на этом все, жалкий оставшейся Древний, который за все время не связывался с нами, пусть теперь призадумается. Я не думаю, что он представляет какую-либо опасность для нас.

Хилини потянулась к столику, стоявший пред зеркалом, и взяла баночку с мазью. Открыв ее, она начала втирать мазь аккуратно в кожу на груди. – Расскажем, что Древние мертвы и посмотрим на его реакцию.

А там подумаем, что делать, Лесник силен своим Капитулом, за столько лет он создал мощную организацию, его вера распространилась очень далеко.

– Если понадобится, мы сможем наведать к нему лично, – ответила Хава. – Мы сильны сейчас, как никогда.

***

Наступил вечер и в назначенное время Сестры уже находились на своих законных местах, на двух больших каменных тронах, высеченных из одного куска камня в большом зале дворца. Зал был ярко освещен факелами на стенах, и железными чашами что стояли повсюду.

Большие колонны, украшенные каменными змеями и высеченными на стенах рисунками со сценами человеческих жертвоприношений, ярко освещались огнем. Возле Сестёр стоял Гомати, в ритуальных одеждах жрецов Кадру, а вдоль зала стояла охрана, вооруженная копьями и круглыми щитами.

– Пусть заходят, – лениво качнула рукой Хава, и один из стражников, в другом конце зала, открыл высокие двери из дерева.