Сборник таинственно-лирических рассказов

Сам Виктор Иванович пожаловал к ним и, усевшись, как обычно, на свое любимое место, пристально взглянул на Марию Гавриловну. Выглядел он, мягко сказать, паршиво, но зато внутри весь светился от счастья.

– Я вот зачем приехал… Тут люди стали судачить о том, что вы водитесь с нечистой силой. А где эта нечистая сила, кто ее видел? В общем, держите язык за зубами, а то болтливость может помешать общему делу… А так вроде все сделали правильно, мне уже сообщили оттуда, – сказал Горицын, указав большим пальцем куда-то вниз.

 – В общем, готовьте свадебное платье, скоро и жених явится… Хороша будет парочка! – и, громко расхохотавшись, удалился.

После его ухода Марию Гавриловну не покидало чувство чего-то родного, светлого, чистого, чего раньше она никогда не чувствовала в отношении него. Похожие чувства в ней вызывала родная дочь, а здесь ее душа как-то по-матерински потянулась к этому неприятному человеку. Чудеса, да и только! Много странностей в доме стала замечать Мария Гавриловна после той ночи на кладбище, но особенно странно ей было то, что Варенька, закрывшись в своей комнате, очень часто с кем-то разговаривала.

Наверное, так разговаривает мать со своим младенцем, но в комнате девушка находилась одна. И такие разговоры пугали Марию Гавриловну еще больше.

Не сказав матери истинного предназначения деревянного человечка, Варенька действительно теперь целыми днями не выпускала его из рук. Ни на минуту не расставаясь с ним, она таскала его повсюду с собой, а когда выходила на кухню и садилась за стол, прятала человечка в карман.

Когда же приходила ночь, глаза статуэтки начинали светиться странными огоньками, и после этого Варенька брала в руки старый желтый лист с напечатанными заклинаниями и начинала читать вслух демонический текст. После таких бессонных ночей, после прочтения заклинаний солдатик как будто оживал, и на нем все отчетливее проявлялись черты настоящего человека. В такие моменты девушка начинала верить в чудеса и ее настроение заметно улучшалось.

Но в одно пасмурное крещенское утро человечек снова стал таким же безжизненным и игрушечным, каким и был в самом начале. Варенька, и без того уставшая ждать воздействия потусторонних сил на Сергея Александровича, от отчаяния воткнула кончик иголки, которой она штопала старое платье, в левую ногу статуэтки. Но никаких изменений с человечком не произошло, а кровь, которая, по подозрению девушки, якобы бежала в этой безжизненной игрушке, так и не потекла.