Преступный промысел

С каждым произнесенным им словом, Константин ощущал недостаток свежего воздуха, так необходимый для его дыхания. Неприятный запах перегара вызывал сильное отвращение. – …На моей та земле, и на мою семью?

– Ты о чем? – произнес Константин, непонимающе взглянув на незваного соседа – Я тебя не понимаю.

– Какого хрена сына вчера бил моего? Соседи донесли, драка была у сына моего с кем то, и тебя там видели.

– Если меня там видели, это не значит, что я дрался с сыном твоим. Да и как ты себе это представляешь. Мне…

– Послушай меня умник заморский! – наглым образом, перебив Константина, Егор ткнул в него указательным пальцем свободной руки – Ты мне не нравишься, ты мне не понравился стразу, как только купил этот дом.

– Сочувствую.

– Ты че дерзишь мне? Вот охеревший!

Внезапно голос его сына раздался где-то рядом.

– Батя! Да не он это! Наоборот он мне помог.

– Я тебе сказал, сиди дома отпрыск.

– Грубишь сыну и при этом делаешь вид, что его защищаешь, ты бы определился.

– Чего? Ты, мне указываешь как мне себя вести? Ну как сына подержи – передавая сыну свой шлем, и сделав левой ногой шаг назад, Егор добавил – Сейчас научу тебя манерам.

Преподам тебе урок, что к байкерам нужно относиться должным уважением.

– Отец, прекрати!

И Егор, проигнорировав слова сына, нанес удар левой рукой. Но Константин к общему их удивлению, поймал его руку своей правой рукой, прямо перед соприкосновением кулака байкера со своим лицом. Схватив руку Егора одной рукой, Константин направил к ней свою левую и, удерживая ее двумя руками, правой он стал выворачивать ему кисть.

Егор от настигшей боли стал опускаться вниз, на колени.

– Отпусти, А-а-а!!!

– И так сначала по порядку…

– Отпусти отца!

– Отпущу обязательно, в мои планы не входит длительное удержание его в моих руках, но прежде, выясняйте все свои разногласия и недосказанности впредь без моего участия. Прежде чем идти на войну, убедись в том, кто является твоим заклятым врагом.

– Отпусти меня… сломаешь нафиг!

– Как пожелаешь.

 – с этими словами Константин отпустил Егора, и даже протянул ему руку, чтобы помочь подняться. – Твой сын попал в передрягу. Поскольку раз он тебе не признался до сих пор, с кем он боролся, значит, он это сделал осознано. Не хочет выдавать своего обидчика. Ведь иначе он бы тебе сразу сказал, кто им был, и у тебя бы не возникли вопросы, и ты бы не стал расспрашивать соседей. И тем самым ты не появился бы здесь, все неверно все истолковав.