Мой дом – бесконечность

О, пусть пространства захлестнет,

Прельстив миры, вобрав миры,

Неся янтарь, медузы, йод…

И – вспять, как свертывать ковры

Привык услужливый швейцар.

И пусть они в тебе живут,

Из твоего светясь лица!..

О – сколько ищут, ждут, зовут

Твоих бескрылых, спящих век —

Все копьеносцы злых лесов,

Все латники латунных рек!..

О, ты, замкнувший на засов

Две створки золотых ворот —

Добро и зло!.. Тебя зовет

Огонь – твой брат, как ты, велик.

Он память прошлого изгрыз,

Он будущее пепелит…

Но отзовись – и загорись!

С крутого Храма – бросься вниз!

Ты знаешь, как, услышав «нет», —

В поток бросаются с моста,

И бездна заполняет свет

И разевает пасть, пуста?

О, не раздумывай! Ты – мост

От грусти птиц до дальних звезд!.

Но цепь сознанья не порви,

Сновидец, не устань смотреть, —

О ты, лишающий любви,

Ты, обрекающий на смерть!..

1978

Театр

Как секунды очерствели!

Пусть раздвинутся в веселье

Рукоплещущей волной —

Мне тебя сыграть дано!

Мы пришли сюда из рая,

Отражаясь и играя,

И шуршит безумья шелк:

Кто искал – и не нашел?

Взвейся, занавес шуршащий,

На миру погибель слаще,

Мы из рая – и назад…

Отразись в моих глазах!

Как молчим непоправимо.

Мяли травы Херувимы,

Умирая день за днем…

Ближе… Ближе… Соскользнем…

На Фавор спеши подняться,

Чтобы с Вечностью обняться,

Воскресать и умирать,

Отражаться и играть!

Как столетья ни громоздки,

Но они легки – подмостки

Человеческих зеркал.

Кто нашел – и не искал?…

1978

* * *

У книг в многоцветном и вольном плену,

Почувствовав сумрак и сырость,

Ты встал – и в оконную тьму заглянул,

Но будущее не открылось:

Страх тихо стекал по стеклу, словно клей,

Судьбы заполняя бездонность,

Но множество книг отразилось в стекле,

И дождь заслонив, и бездомность.

1978

Не Кельна зубцы, не мечети Алеппо,

Не солнца колонны, где Данте скорбел,

Но город – кусок ноздреватого хлеба,

Ты – люлька, надгробье, опять – колыбель…

Не в силах исчезнуть и сбыться не в силах,

Твой мир барабанный и громок, и пуст —

Так ведьма тебя на костях замесила,

И вжился январь в перемолотый хруст.

Ты рухнул – как лист на попранье колесам,

Грядущее время успевший проспать…

Проходим вдвоем по мостам безголосым.

Ты жив только нами, поющими вспять.

1978

* * *

Ловила скитальцев далекая Вена

Стремглавьем небес – наподобье сачка.