Универсариум

А что дальше? Открытый финал или драма только в разгаре?

Профессор продолжил:

– Вы думаете, что тот безумно дорогой автомобиль, на котором вы ездите и ключи от которого так наигранно безразлично всем демонстрируете, принадлежит вам?

Твою мать, а кому же еще?!

– Нет, Эдуард. Это самое большое ваше заблуждение.

Тут Венгров сделал многозначительную паузу, во время которой осмотрел зал, раздавая при этом всем своим загадочным и довольным видом виртуальную барабанную дробь, проникающую в уши каждого здешнего зрителя, предвкушающего неожиданную развязку в столь лихо закрученном сюжете.

И он, вновь обратившись ко мне, громыхнул:

– Это вы принадлежите ему.

Вот так финал! Прямо гений детектива, сука.

В зале появились какие-то шушукалки.

– В тот самый момент, когда вы еще в магазине, или, как он зовется, в автосалоне, осматривали блестящие линии нового автомобиля, его гипнотический логотип, красивые кнопочки, дорогие материалы оформления и другие модные штуки, вы уже стали ему отдаваться.

Он внушил вам, что в вас есть ущербность, что в вас есть дыра, которую вы можете заполнить только им, чтобы стать полноценным. Он приобрел вас. Именно за ту цену, которую вы за него заплатили.

Ну что ж, тогда он приобрел меня не задешево.

– То же самое относится и к другим вашим вещам: и мебели, и оргтехнике, и одежде. Вам важно, чтобы на вашей рубашке было написано имя известного портного, или, как он красиво зовется, модельера, иначе она на вас будет плохо сидеть.

Собака сутулая. Начинает лезть туда, куда я не люблю никого пускать. В мой гардероб.

– Ведь вами манипулируют, – горланил профессор. – Такие же, как и вы бизнесмены, только стоящие на ступень выше. Они из вас, из всех нас делают потребителей. Это их основная цель – они борются с непотреблением, как с чумой.

Они превращают нас в туземцев, которым предлагают сверкающие стеклышки в обмен на золото. И мы бросаемся на эти пустышки, принимая их за ценность. Веря, что они сделают нас красивее, привлекательнее и, что самое важное, счастливее. Но нет. Счастья они не принесут.

Да, да, не в деньгах счастье, я наслышан. Правда, говорят это лишь те, у кого их много, и те, кто с сожалением понимает, что никогда не сумеет их заработать.