Апельсиновый Остров

:И что давно я уже, тронувшись стремлениями туземного народа, задумал: вымолвить страшно, ваше величество: да, задумал бунт против вашего величества: И спрашиваю их: 'Чы пишлы вы б за мною в случае чего? И, вообразите, они отвечают: 'Пошли бы'. И что же я выяснил? Что этот проходимец Кай-Кум долго работал в туземной прессе и, злостно пользуясь добротой и великодушием вашего величества, безнаказанно писал гнусные статейки, в которых в сатирических тонах высмеивал славные порядки нашего Острова и: трудно вымолвить: самое ваше величество.

К счастью, у нас большинство туземцев газет не читает. А этот прохвост, Фарра-Тете, на самом деле никакой не эфиоп, а спившийся и вконец опустившийся арап из собственной вашего величества личной гвардии. Он подслушивал ваши прыватни розмовы и записывал их в блокнот: В том числе и тогда, когда вы, государь, приказывали разобраться с этим клеветником Кай-Кумом: и, проникшись к тому преступным сочувствием, бросил придворную гвардию и перебиг на сторону отщепенцев и бунтарей.

Сизи. Где же ты, небесная молния?! Нету небесной молнии. Знайшлы запыснычок?[12 - Блокнот нашли?]

Тохонга. Так точно! При личном досмотре. (Передает Сизи блокнот.)

Сизи (читает по слогам). 'Твою мать: Потрипаты б цього журналюгу за: А потом, мать вашу, чтоб вас всех приподняло и шлепнуло'. Да я и слов-то таких не знаю! А ты, Тохонга, куда смотрел, мать твою! Подраспустил своих гвардейцев! Где дисциплина, я тебя внимательно спрашиваю?!

Тохонга. Да я думал, ваше велычность, что они, как и я, писать не умеют.

Кири. Я полагаю, государь, что графологическая экспертиза быстро докажет всю ничтожность этой жалкой подделки. Ясно ведь, что он вовсе не записывал за вами, а все выдумал, а это сильно влияет на почерк.

Сизи. Экспертыза йому вже не знадобыться. Верните этому негодяю блокнот, пусть почитает: пока. Продолжай, мой пример-министр.

Кири. И тут еще народишко подошел и многие стали сочувствовать: Я прямо в ужас впал от тех дел, что затеваются у нас на Острове: Но вида не подаю и кричу: 'Ужас, ужас, ужас! Долой, – кричу, – тирана Сизи-Бузи со сворой бело-голубых опричников! И что же вы думаете, они мне стали вторить: Геть! Геть! Зневага! Ну а потом на этот крик сбежалася стража, как я и велел, и нас всих схопылы.

Сизи. Це правда?

Кай. Да, это правда. И никогда еще правда не вылетала из уст более гнусных, чем уста этого человека.

Кири. Бачилы, що за тып, ваша велычнисть?

Ликки. Заткнуть ему рот!

Кай (отбиваясь).