$то причин убить босса

Конечно, он только что лохматил идею таким образом, что дело в раздражающих шефа в Герцогенаурахе шевелящихся, словно жернова, ягодицах спортсменки! А сейчас выходит, что и жопа тут ни при чем.

– Видите ли, Евгений Иванович, сама тема… Вам следовало принять во внимание, что наши шефы – католики, глубоко верующие люди, и ролик на божественную тему нанесет обиду их религиозным убеждениям…

– Я не понял, ваш шеф в этом, как его… В общем, следует ли понимать, что женщина, взбегающая по ступеням Олимпа, оскорбляет его религиозные воззрения? Он что, язычник?

– В каком смысле?

– Олимп и католицизм – вы видите что-то общее? Католицизм отрицает Зевса.

Он как бы за Христа.

– Вот эти ангелы с «Полароидами», геенна огненная…

Наклонившись к столу, я зашептал, как мне показалось, убедительно:

– Мы рубим ангелам крылья, и вот перед нами жрецы времен Марка Аврелия. Кажется, теперь проблему католицизма мы решили окончательно?

По взглядам девочек я вижу: решили. Но перед Чувашовым, этим запрограммированным из штаб-квартиры в Герцогенаурахе мудаком, следует снять шляпу.

– Но тогда теряется весь смысл ролика. Геенны во времена Марка Аврелия не было. Где тогда бежит девочка в шиповках «Адидас»? Она заблудилась? Вероятно, с ней не произошло бы этого, надень она обувь от «Найк».

Я вдруг начинаю догадываться, почему история «Адидас» – это история провалов и взлетов. Вопреки представлениям о форме всемирного движения в виде спирали «Адидас» движется вперед в виде зигзага. Папа Адика и Рудика основал «Дасслер» – лаве пошло.

Папа умер, братовья разругались – откат. Адик, пока Рудик сидел на киче, двинул производство – лаве пошло. Адик состарился, вместе с ним состарился «Адидас». Теперь «Адидас» воспринимается как униформа для мытья машины. Набрали новых специалистов, «трехлистник» заменили на три полоски в виде того же Олимпа – лаве пошло. Потом поднабрали еще спецов, среди них в России, по недосмотру, видимо, Чувашова, а в это время шеф в Герцогенаурахе состарился – снова проблема. Шефу мешает задница бегуньи. И мешает она, я уверен, только потому, что он хочет ее трахнуть, трахнуть даже в шиповках, на глазах у ангелов и чертей, взять ее со всех сторон, рыча и стеная, но он не может. Годы не те.

– Наш шеф, Евгений Иванович, дал хороший совет, – Чувашов поставил виртуальное перо своей речи на бумагу и теперь готов подвести под ней черту. – Он сказал, что ролик должен дышать свободой, он не должен оставлять потребителю выбора.