Наследник. Поход по зову крови

Если бы не поднимающийся от воды туман, который на глазах становился все более густым, капитан Бреннан разглядел бы, что бесстрашный офицер Охранного корпуса короля боится не меньше.

Человек в белом вскинул обе руки. Он направил раскрытые ладони на «Кубок бурь», и борта судна затрещали.

Заскрипела и прогнулась палуба. Натянулся и, крикнув, на высокой ноте лопнул фал, и полотнище стакселя заметалось под ветром, избивая мачту и реи.

– У тебя на борту оставался и другой груз… – пробормотал встречающий.

Судно разом вырвалось из воды, изменив осадку на несколько локтей – словно неподъемный и опасный груз, лежавший где-то там, в трюме, под кожами и брезентом, в один присест сбросили за борт. Человек в белом широко расставил ноги. Его качнуло, и он мог упасть прямо на тело бедняги Пшистанека, но удержался.

– Прощай, капитан, – наконец сказал он и удалился широкими неверными шагами, слегка подволакивая левую ногу. Это совсем не походило на ту горделивую поступь, которую явил он при своем появлении в этом глухом и унылом месте, не подобающем воину из лейб-гвардии короля…

Капитан Бреннан присел на корточки рядом с телом брешака Пшистанека и, вытянув из рукава булькающую кожаную флягу, сделал два отчаянных глотка.

Его черные глаза быстро помутнели. Его окровавленный сын перепрыгнул с борта шхуны, облегчившейся столь стремительно и странно, и склонился над отцом и над трупом случайного свидетеля:

– Отец?! Как ты? Судно как будто на пару тысяч стормов облегчилось!.

.

– Мне-то что, – не поднимая лица, глухо откликнулся капитан Бреннан. – А вот ты запомни этот день. Потому что, чую я, тебе еще придется вернуться.

– Куда?

– Туда, откуда мы привезли этот груз. В Цитадель, за Столпы Мелькуинна. А может, и еще дальше. – Капитан Бреннан опустошил флягу и, швырнув ее наземь, повторил:

– А может, и еще дальше…

Нет нужды говорить, что второй свидетель этой встречи на пристани, брешак по имени Ялинек, уже был далеко: он драпал со всех ног, его прыти не умерило и то, что он упал уже дважды, разбил оба колена, а также вывихнул руку.

Он добежал до своей каморки и, упав на топчан, накрылся с головой тяжелым колючим одеялом. Болела рука, мучительно ныли колени…

«Это что! Счастье, что они не добрались до сердца», – успел подумать Ялинек и потерял сознание.

Часть первая

Дети надежды

Знание – огромный гнет.