Я – контрабандист

«Марштур», – прочел я на входной двери. Если переставить буквы «т» и последнюю «р», получится «маршрут»… Мне бы сейчас рюкзак, геологический молоток – и в маршрут!

– А, Олег, привет. Идешь? – мельком улыбнулась на наше приветствие эффектная белокурая дама, заполняющая за столом какие-то бланки.

– Этот рейс иду, Эмилия Ивановна. А потом Вадим вместо меня будет ходить, – кивнул Олег на меня.

Я невольно приосанился. Дама скользнула по мне взглядом, и мне показалось, что она усомнилась в моей способности заменить Олега.

Мы отдали документы и деньги на путевки.

– Надо паспорт моряка оформлять, – сказала Эмилия Ивановна про меня. – Возможно, со следующего рейса будем набирать пассажиров только с паспортами моряка.

– Эмилия Ивановна, мы же с вами об этом говорили. Вадим не из Владика. Вы мне обещали одно место по «овировскому» паспорту.

– Ладно, Олег, договоримся, – и она снова склонилась над бумагами.

Я помалкивал, но в душе у меня бродили самые противоречивые чувства – и слабодушная надежда, что не придется ходить в Корею одному, и досада, что из-за какой-то формальности я после первого же рейса могу отправиться домой, и вся поездка получится напрасной.

– Что, без паспорта моряка меня могут не взять на судно? – осведомился я, когда мы снова уселись в машину.

– Возьмут, никуда не денутся, – ответил Олег. – Я фирму вывел на таможню. Должна же Эмилия оценить это.

– Что значит «вывел таможню»? – спросил я.

– Вывел фирму на таможню, – поправил Олег.

– А зачем паспорт моряка?

– Если все на судне с паспортами моряка, то оформление производится через рыбную таможню на мысе Чуркина.

– Там лучше, что ли?

– Там проще.

– А у нас какая таможня? – задал я вопрос, заранее ощущая холодок в груди.

– У нас пассажирская, – последовал ответ. – Нас будут оформлять на морвокзале. Там волки.

– Мне не совсем понятно, – продолжал я расспрашивать, – пассажиры идут по паспорту моряка, значит, они уже не пассажиры?

– Все они зачисляются в состав команды. У каждого должность: кто матрос, кто электрик, меня инженером оформляли, – разъяснил приятель.

– Но ведь это же липа?!

– Ну конечно.

– И это же не скроешь?

– Да, все знают.

– И таможня?!

– И таможня.

– И ничего?

– И ничего.