Таинственное послание

– Он сказал, что ничего не забывал, но все-таки согласился встретиться, – продолжал я.

– Так значит вот что у тебя было за свидание, – усмехнулся Юрка.

– Именно, – подтвердил я. – Он посмотрел на эту рукопись и заявил, что не знает, откуда она взялась и посоветовал, чтобы я оставил ее себе. Мол, она тебе самому пригодится. Я так и сделал.

– Какие-то непонятные четверостишья, – задумался Гислер.

– Напоминают какое-то зашифрованное послание.

– Так оно и сеть, – закивал я головой.

– Что ты хочешь этим сказать? – удивилась Ева.

– Ты прочитала первое четверостишие? – спросил я у нее.

– Да, – ответила Журавлева и еще раз прочитала его вслух.

– Я тоже его прочитал, а потом понял, что то, о чем говорится, исполнилось, – произнес я интригующе.

– Может объяснишь? – предложил Гислер.

– Вчера вечером, после того, как мы вернулись с Юркой с баскетбольного матча, я решил полазить по Интернету и посмотреть, не пришло ли каких сообщений, – сказал я. – В основном это были сообщения от моих друзей, а в одном оказалось не письмо, а крик души от одной незнакомой мне девчонки.

То, как оно было написано, произвело на меня огромное впечатление. Она писала, что у нее пропал любимый щенок, и очень просила всех помочь ей.

– За вознаграждение? – уточнил Гислер.

– Фу, Юрка, какой ты меркантильный, – фыркнула Журавлева.

– Как ты можешь думать о каких-то там деньгах, когда у человека беда случилась.

– Да я просто так спросил, что тут особенного, – стал оправдываться Гислер.

 – Как это связано с рукописью-то?

– Все просто, придуманные уста – это Интернет, из него я узнал об этом происшествии, поэтому и получилось, что «придуманные уста поведают это», – объяснил я.

– Понятно, что «волнение охватило твою душу», когда ты прочитал об этой просьбе, – догадалась Журавлева.

– А что означают оставшиеся две строчки? – задумался Юрка.

– Ты знаешь?

– Очевидно, что я должен что-то сделать, но почему именно я, сейчас мне не будет понятно, – поведал я о своих предположениях.

– Любопытно, очень любопытно, – произнесла Журавлева и поджала нижнюю губу, о чем-то напряженно думая.

– Как-то не совсем здесь все вяжется, – засомневался Гислер. – Что ты собираешься делать?

– По-моему, все ясно как белый день – пойду искать эту Бэсси, – сказал я.

– Кого? – не поняла Ева.

– Бэсси – так зовут собачку, – ответил я.

– А порода-то какая? – спросили ребята чуть не в один голос.

– Американский коккер-спаниель, – сообщил я.