Музейная ценность

Ужин прошел быстро, нам некогда было рассиживаться: если бы с самого начала не опоздали, тогда не пришлось бы торопиться.

* * *

Когда мы проснулись, утро уже вовсю гуляло по нашей комнате. Оно впустило веселых солнечных зайчиков сквозь синие занавески, и они желтыми пятнами подрагивали на полу.

На сегодня была запланирована экскурсия в театр. Первый театр в России посмотреть, конечно же, следовало. Но и загадочная булавка терзала мои мысли. Я встал, очистил полость рта от ночевавших там микробов, умылся и шатался по комнате в поисках одежды.

Не знаю почему, но никак не могу воспитать в себе привычку складывать все в одном месте.

Проснулся Антон:

– Я придумал, что мы с булавкой делать будем, – начал было он.

– Тихо ты! – шикнул я на Красильникова. – И вообще, почему ты решаешь, что с моей булавкой делать?

– Ничего я не решаю, просто хотел предложить…

– А кричишь чего? Хочешь, чтобы Макс все услышал?

– Да не кричу я ничего, – оправдывался Антон, – ты сейчас и то шумишь больше.

Максим заворочался на кровати, потянулся, покрывало тут же съехало и он, не успев его поймать, – видимо, реакция по утрам у него плоховата, начал зевать и потягиваться.

– Чего, уже одеваться надо? – все еще позевывая, спросил он.

– Да, одеваться и паковать чемоданы, а потом бежать на вокзал за билетами в Псков, – я был зол на Макса – он никогда ничего не знает.

– Как в Псков?

– Да вот так! Говорю же – собирай чемодан, конец каникулам.

– Да не слушай ты его, – Красильников, как всегда, придерживался дипломатической линии в отношениях с кем угодно, кроме меня, – одевайся, сейчас пойдем вниз на зуб чего-нибудь положим.

А тебе, Гислер, нечего с утра настроение всем портить.

– Это я, значит, настроение всем порчу? Какой я, оказывается, нехороший мальчик, – я буквально из себя выходить начал, что называется, «из кофты» выпрыгивал. – Чего ты меня вечно одергиваешь, подрасти сначала…

Не знаю, зачем я сказал про рост, ведь знаю же, что Антон всегда подрасти хотел и завидовал моим аршинам, но так, «белой завистью».

Просто вдруг показалось, что он мной командует во всем и всегда. А это кого хочешь из себя выведет.

Они оба смотрели на меня с ошарашенными физиономиями.

– Ну чего вы на меня уставились? Первый раз видите? Я – Гислер Юрий Валерьевич. Надеюсь, что ума быстро это запомнить вам хватит.

Макс с Антоном переглянулись так, как будто меня не было, – ну, увидели что-то и переглянулись. А я вроде и не здесь, пустое место, и все.