Сотворение мира

Баянист под землей

Ветер-нож, разрежь лимон лица!

Слезный капнет сок…

До конца, до смертного венца –

Черный свод высок.

И когда спускаюсь в переход,

Под землей бреду,

Пулей посылает черный свод

Белую звезду

прямо под ребро…

* * *

Белые копья снегов в одичалую грудь

Навылет летят.

Льдом обрастает, как мохом, мой каторжный путь!

Стоит мой звенящий наряд

Колом во рдяных морозах! Хозяин собак

Не выгонит, пьян, —

Я же иду по ночам в лихолетье и мрак:

Туда, где баян.

Скользок и гадок украшенный кафелем мир

Подземных дворцов.

Вот сталактиты светильников выжгли до дыр

Газеты в руках у птенцов.

Вот закрывается локтем несчастная мать,

На грязном граните – кормя…

Мир, дорогой, я тебя престаю понимать, —

Поймешь ли ты мя?!

Тихо влачусь под землей по широким мостам —

Гранит режет взор,

Мрамор кроваво-мясной, кружевной, тут и там,

Мономах-лабрадор!

Господи, – то ли Карелия, то ли Урал,

А то ли Эдем, —

Только, Исусе, Ты не под землей умирал —

Где свет звездный: всем!…

Руки ковшами, долбленками тянут из тьмы

Мальцы, старики…

В шапках на мраморе – меди мальки… Это мы —

Наши щеки, зрачки!

Мы, это мы – это мой перекошенный рот

У чеченки с мешком…

Вдруг из-за царской скульптуры – как песня хлестнет

Крутым кипятком!

Баянист, гололобый, беззубый, кепчонку надвинь —

Сыграй мне, сыграй:

“На сопках Манчжурии” резкую, гордую синь,

Потерянный Рай.

“Зачем я на свет появился, зачем меня мать

Родила…” – и марш золотой,

“Прощанье славянки”, ту землю, что будет пылать

Под голой пятой!…

Мни в руках и терзай, растяни, обними свой баян,

Загуди, захрипи,

Как ямщик умирал, от мороза и звезд горько пьян,

Во широкой степи!

Как колечко венчальное друга неслышно просил

Жене передать, —

Баянист, пой еще, пока хватит и денег и сил

Близ тебя постоять…

О, сыграй мне, сыграй! Все, что мерзнет в карманах, – возьми!

То мусор и смерть.

Ты сыграй мне, как молния счастия бьет меж людьми —

Так, что больно глядеть.