Школа ангелов

Гулкое духовное эхо вызвали во мне слова: «Монахи наблюдают мысль».

Вышли в Белое море

Попрощались с отцом Антонием, благословились. Пошли на Соловки. Впереди радуга в полнеба. Нежные пастельные тона. Здесь веришь в то, что красота бывает только суровая. Красота возможна только суровая.

Катер монастырский «Николай Святитель». Зеленый корпус, над капитанской рубкой – икона Николая Чудотворца, на флагштоке российский триколор.

Как Зосима в лодке плыл туда полтысячи лет тому назад?!

Так же!

Видел то же.

Зародышевое состояние плавания. Мы идем дорогой Зосимы. Здесь ближе к Богу.

Над Белым морем – море тумана. Не видно ни зги. Всюду туман.

Туман рассеялся только у острова. Над островом тумана нет вовсе. Зона света. И это поразило более всего.

Мы на месте

Всеобщая ветхость и запустение. Огромные циклопические стены, основные соборы и здания были построены в 16 веке, тогда это, видимо, производило неизгладимое впечатление – приводило людей в состояние оторопи. А какая воля была у государства, которое на задворках империи построило такую махину – и это без рабства Петра I и террора Сталина! Романовы упустили такую страну! Соловки построены до Романовых.

Воля у страны была всегда. Соловецкий монастырь построен добровольно, по воле Божьей. А Санкт-Петербург – нет. Вот поэтому этот город и принес столь много несчастий России. Вот он и стал причиной разрушения империи. Романовы принесли России несчастье.

Первый час ночи. Пишу без света. Все видно.

Небо еще голубое. Наместник монастыря рыжеватый отец Иосиф не понравился. Из-под мантии выглядывали остроносые туфли и черные носки в рубчик. Но это и есть типаж русского человека, с квадратными скулами, и вовсе не интеллектуальным лицом, но сильным и не сомневающимся сердцем. Впрочем, он симпатичен, он – это выраженная воля к Богу.

Он не хотел меня селить из-за маленьких детей. Потом благословил, поразмыслив.

Утро

В половине шестого – сухо, тепло, тихо. Утром просто чуть светлее.

Утренняя служба началась в шесть. Монахи запели, когда в храм вошел наместник с посохом. Загнусавили.

В монастыре мощи основателей обители сей – Зосимы, Савватия, Германа. И много золота в алтаре. И никаких тонких материй. В иконостасе слишком много золота. Слишком много. В этом дикость. Убогость жилья, окружающей жизни, грязь удручающая в туалетах и на кухне, в трапезной, отсутствие условий для нормальной жизни без надрыва, а в алтаре – сплошь золото.