Выкидыш

Но если ты делаешь в Германии что-то, чего не делают все остальные, и это будет очень заметно, это будет выпирать, на это будут оглядываться и внутренне осуждать, то ты станешь здесь изгоем. Собственно, тогда у тебя будут здесь четыре пути – стать сумасшедшим, стать монахом, стать гением, стать бродягой.

Кстати, единственное место в Кёльне, где просят милостыню, это собор Святого Петра и Богородицы, Dom, как по немецкой традиции называется главный городской собор. На выходе из собора нищие. Это не совсем профессиональные нищие России, это – профессиональные бродяги.

И, может быть они все ближе к Богу, нежели я, думающий о нем непрестанно.

Громада храма появляется из-за угла моей души. Темные, пропитанные временем стены. Но зрительно собор почему-то меньше, нежели прежде. Внутри тихо, нет экскурсий, будний день – нет людей. Величественная тишина. Нет. Изо рта идет пар при усиленном дыхании. Холодно в храме. Дышится легко. Когда я шел по осевой к алтарю, защемило сердце. Впереди, в глубине храма, за алтарем, гробница золотая с мощами трех царей волхвов.

Мерцает сиянием времени, величием любви и поклонением святыне. Боже! Боже! Они приветствовали рождение Господа среди людей! А я готовлюсь приветствовать воскресение Господа среди людей! Кстати, на гербе Кельна (по форме рыцарского щита), в верхней половине на красном фоне три золотые короны (три царя волхвов), в нижней – на белом фоне одиннадцать капель дождя.

И я вижу плач Сарры. На фоне трепетания душ, вознесенных к Богу.

Может быть она плачет по потерянному отцу, или по еще одной улетучившейся иллюзии. Или приобретенной.

Очень сильное молитвенное поле в Dom. Основа этой силы – мощи волхвов, возвестивших миру о рождении Христа, и, собственно, уберегшие для мира младенца Иисуса. Я молился. Просто и замечательно. И просил указать мне мое назначение и мой путь на следующий год, и подвести итоги года минувшего. Конечно, – это любовь. Всегда. Этому посвящена моя жизнь и моя литература. Этому я учусь и учу людей.

Так вот в этом самом большом католическом соборе Европы, женщины с непокрытыми головами. И это никакое не святотатство. Это означает, что человеческое выше церковных регламентов. Потому как регламенты придумывают люди.

И оттого, что эти люди ждут Пасху лишь из-за пасхальной распродажи, и три раза в день едят мясо. От всего от этого эти люди не лишаются сакрального откровения, благости душевной, оттого, что они едят три раза в день мясо.