Выкидыш

Второе место в мире, где сохранились фрески Андрея Рублева (первое в Успенском соборе во Владимире). Собор был закрыт. Еще не началась служба.

Собор построен в конце четырнадцатого века. Время начала на Руси Возрождения. Только что побили впервые за долгие десятилетия татар, укрепляется государственность. Прекрасная архитектура. Небольшого роста, приземистый храм, под одним куполом, напоминающим древнерусский шелом, и с каменным узором молитвы, вырезанной снаружи по периметру главного нефа. Ясная архитектура, соразмерная.

Собор на горе, над дорогой, за городом. К нему в гору ведет улица, которая и называется – «Городок». Приземистые, деревянные домики. Единый ансамбль естественного величия простоты и ясности на всем.

Удивительно, но в каком-то из соседних Сарраев рядом с храмом были найдены три иконы Рублева, из деисусного ряда собора, запечатлевшие ясный, небесный взгляд гения, – «Спас Нерукотворный», «Архангел Михаил», «Апостол Павел», которые сейчас хранятся в Третьяковской галерее.

«Здесь работал гений». – Сказали мы друг другу и ушли из «Городка» к ожидавшей нас внизу у источника проржавевшей черной «Волге».

Получается, что российская цивилизация – это процесс, который невозможно зафиксировать. Полученные при этом результаты – почти не регламентируемая случайность. Поэтому так много в православии безвестных героев-гениев-старцев, которые посвятили свою жизнь вечности. А вечность – не формулируема, недоступна, неизвестна, но идейна, то есть идеологична.

И в этом смысле безвестные старцы-гении посвятили свою жизнь идеологии. Идеологии Спасения.

Русская цивилизация замешана на идеологии, которая основана на духовном созидании и построении новой виртуальной реальности, а не на демократии, которая основана на потреблении и освоении существующей реальности. Есть цель – есть результат. Есть многочисленные военные, политические, религиозные и культурологические победы в разные времена и при разных режимах. Западная цивилизация деидеологизирована и потому демократизирована.

И нет проблем с экономикой, политикой, общественным устройством, чем так страдает русская цивилизация. Но я все чаще и чаще прихожу к мысли, что демократия – это не лучший способ политического устройства государственной жизни. Как, собственно, любая узаконенная стихия.

Я не капризничаю, я не страдаю меланхолией, прозванной в русской литературе ностальгией. Я честно исповедую перед вами свои чувства, мысли и переживания.