Мой прекрасный князь

– Где-то поужинал? – осторожно поинтересовалась она.

Ожидала очередного взрыва, но Ярик спокойно ответил:

– Ну да. В клубе.

Василиса затаила дыхание.

– В каком клубе?

– В котором я выступаю.

Похоже, сегодня она узнает о сыне больше, чем за минувшие пару месяцев. Странности начались с приходом осени, когда он перешел в одиннадцатый класс…

– Ты выступаешь в клубе? – уточнила она нарочито равнодушным голосом.

Только бы не спугнуть… Василиса еще с младших классов уяснила: если сын что-то рассказывает, надо бросать все дела, даже самые неотложные, и внимательно слушать.

Телефон убрать и даже не смотреть в его сторону. Она так и поступала, поэтому была в курсе мемов, приложений, игр, прикольных видосов из соцсетей и прочей дребедени, которая волнует подростков. Благо тогда Ярик не замыкался в себе и все ей выбалтывал, находя самого благодарного слушателя. Получается, всякую ерунду рассказывал, а главное утаил…

– Ну да, – ответил сын невинным тоном, словно признался, что в студию бальных танцев записался.

 – Он совсем небольшой, «Ночная птица» называется.

– С Игорем? – вырвалось у нее, будто это было главным.

– Ага.

– И как… часто?

– Да по выходным. Еще по праздникам иногда…

Василиса бессильно вздохнула. Час от часу не легче.

– Как ты вообще попал в этот клуб? – Впрочем, вопрос был излишним, она уже сама догадалась: – Игорь привел?

– Да, – неохотно признал сын. – У него там то ли знакомый, то ли родственник работает…

– С чем выступаешь, со стендапом?

Все-таки надолго ее не хватило, не удержалась и начала неуместно острить.

Сама, блин, стендапер недоделанный!

– Спасибо, мама, – не обиделся Ярик.

Повезло ей, что у него сегодня хорошее настроение. Обычно сразу начинал орать.

– Я музыкалку закончил, забыла? – Он взглянул на нее и поправился: – Окончил.

– Ты там на фортепиано играешь?

– На каком еще… – сразу завелся он, но почему-то моментально успокоился и пытливо взглянул в ее лицо: – Издеваешься, да? Пою.

– Что поешь?

– Песни разные.

– Ясно, что не арии оперные.

– А что, я и это могу…

– Ты-то можешь, да кто слушать будет?

– Мам!

Василиса и сама поняла, что переборщила. А ведь давала себе слово молчать и слушать!

– Может, тебе там еще и платят? – скептически поинтересовалась она.

– Конечно.

– Сколько, если не секрет?

– Да не жалуюсь.

– И Игорю?

– Ну да…

– Или он все себе забирает? Как твой импресарио.

– Кто?

– Неважно.