Соблазн быть счастливым

Люди, делающие других счастливыми, должны заслуживать благодарности и уважения. Пусть это даже проститутка, даже Россана. Если бы ее не было, я был бы другим, худшим, человеком – более нервным, может быть, чуть более одиноким и уж конечно более подавленным жизнью.

В нормальных отношениях в паре принимают участие оба, каждый дает партнеру то что может – будь это много или мало. Россана же ни от кого ничего не получает, разве что деньги. Только вот за деньги не купишь внимание и заботу.

– Слушай, а что, если как-нибудь вечером мы сходим куда-нибудь поесть?

Я встречаюсь с Россаной вот уже два года, и самым отдаленным от кровати местом, где мы сказали друг другу хотя бы пару слов, была кухня.

Мне гораздо больше знакомы растяжки на ее коже, чем ее пристрастия в еде, и я мог бы мысленно прочертить линию между ее родинками, как между точками в журналах с головоломками, но я даже не знаю, есть ли у нее сестра. Про сына она рассказала мне в один из вечеров, когда я заявился к ней с грошовым шампанским, купленным в какой-то халупе у ее дома. Она говорила, а я пил; она пила, а я смотрел в потолок. Я никогда не отличался умением вести разговоры.

– Поесть?

– Ну да, в какой-нибудь ресторан.

– Что случилось, синьор Аннунциата, ты должен что-то у меня попросить?

Никто мне не доверяет, вот в чем дело – даже собственные дети, даже проститутка. Хотя мне не кажется, что у меня какой-то особенно коварный вид. Да, это правда, может быть, как говорила Катерина, я немного слишком сосредоточен на самом себе – но это не значит, что мне нравится надувать своих ближних.

– А что такое, разве я не могу пригласить тебя на ужин просто так, без всякой задней мысли?

– Хммм, я слишком давно тебя знаю, может, кого другого, а уж меня ты не проведешь!

Ничего не поделаешь, мне придется отказаться от своей идеи. В последние годы я приложил столько усилий к очернению собственного образа, что обратно пути уже нет. Я так и умру мрачным угрюмым циником.

– Мы могли бы сходить в какой-нибудь небольшой ресторанчик, поесть рыбы и выпить вина, и немного поговорить о нас самих.

По сути, мы с тобой давно знакомы, но я ничего о тебе не знаю.

Россана уже встала с кровати и стоит ко мне спиной, а я еще валяюсь с бокалом в руках и пялюсь на зад моей любезной стервозины. Она замирает, держа трусики в руках: вероятно, мое предложение повергло ее в такой шок, что помешало совершить даже такое простое действие, как надеть пару трусов.