Кошичкин тилипон. Правдиви истори о котиках и их никчемни. Экспресс-помощь для тех, кто застрял в рутине и ищет вдохновение

Надо, кстати, попробовать это с качанием пресса, что ли, или с приседаниями…

И я продолжала тайком притаскивать домой котят и прятать их под кровать.

Причём меня очень удивляли экстрасенсорные способности мамы, когда она прямо с порога как-то понимала, что в доме запрещённое животное.

– Зоя, где кошка?!

– Нету, – смотрела я на неё честными опухшими глазами и вытирала сопли рукавом. И думала: «Да как она узнаёт-то? У неё что, рентгеновское зрение?»

В итоге пришлось смириться, но желание иметь кошку не проходило.

И однажды я увидела объявление: «Продаём гипоаллергенную кошку. Очень активную, черепахового окраса».

Так у меня появилась Рыся, точнее, я у неё. Так вышло, что у Рысяши всегда очень недовольное лицо, и мы с ней сразу начали вести всякие забавные диалоги, где я была за обслуживающий персонал, а она – за важную капризную фифу:

– Ето щто, вода? Тьпуй, гадость. Ето што, диван? Он неудобни. Ето што, сосисощка? Давай сюда. Тьпуй, невкусни. А есть ещё?

– Ты так на меня смотришь, что мне начинает казаться, что за мной приедут серые толстые котики и заберут меня на перевоспитание, – говорю я ей.

– Пащиму неть, – моргает мне сразу двумя глазами кошка и хихикает. – Ты всё рамно тутова лишняя и защем.

Каждый раз, когда в пакете с кормом остаётся горсточка сушинок, моя кошка каким-то образом из своего круглого лица умудряется сделать вытянутое изумленное: «Што происходит? Беда, беда. Крушение мира, женщинов!»

Знаете, как у Врубеля Царевна-лебедь, вот такое лицо у кошечки получается.

Изнутри светящееся экзистенциальным вопросом: «ГДЕ ЖРАТЬ?!»

Я, естественно, успокаиваю животное:

– Ничего не крушение. Мир на месте, там немножко всё попадало, как домино, но в целом терпимо.

– Человеческая женщинов, не ври мне. Апокалипсис, нету кушать!

– Щаз я пойду и куплю.

Тут кошечка проникается ко мне уважением:

– Прямо за дверь пойдёшь? Туда, где машины, мухов и птищки? Ты мой герой, женщинов.

– И вот я выхожу туда, где машины, мухов и птищки, и приношу корм.

И даю его кошке. Она ест, и её лицо на глазах теряет врубелевские черты:

– Ты ходила в этот огромный и страшный мир, и это всё, что ты смогла мне оттудова добыть?! Тьху, никчёмни.

– И уходит.

– Торжественно неся перед собой идеальное пушистое презрительное лицо.

Тупление номер два

Я, Арефьева Зоя Владимировна, ликалепни женщинов 45 лет, рост 178, размер ноги все ещё 41, написала ету книгу в здравом уме и трезвой памяти.