Прекрасная, как река

Этьен прав, я и так весь год одевалась как мне было удобно, и сегодня можно сделать над собой усилие, чтобы выглядеть красиво. Я накрасила губы и, распустив волосы, начесала их так, чтобы придать больше объема. К черту всех остальных – мне хотелось веселья. Я спустилась и стала танцевать дальше, наблюдая за тем, как вокруг меня кружится платье. Мне всегда нравилось отрываться до упаду.

В половину третьего я уже делала вид, что танцую вальс с партнером, а закончила свою вечеринку лежа на спине у высокого окна, глядя на звезды и слушая альбом Даниеля Беланже[4 - Даниель Беланже – современный канадский певец, композитор и автор песен.

] «R?ver mieux».

Проснулась от неожиданного прикосновения Кловиса в шесть утра. Он обнимал мое лицо ручонками.

– Ты что, спала на полу, Фаби?

Я медленно приподнялась, осматриваясь. Этьен спал на диване, а Фред, должно быть, в нашей комнате наверху.

– Все верно. Хотела быть поближе к тебе, чтобы присниться.

Он восторженно открыл рот.

– И ты не надела пижаму?

– Нет, Фаби забыла снять платье.

Пойду надену рождественскую пижаму и напеку тебе блинов, окей?

Поднявшись в спальню, я переоделась и разбудила Фреда.

– Там ребенок хочет блинов. Приготовишь? Он будет в восторге от того, как ты их подбрасываешь.

Он натянул одеяло на голову.

– Козлы еду не готовят.

– Ты прав. От них еще и молока не дождешься.

Тушеная свиная лопатка

Зима была теплой и прошла незаметно.

Я работала полную неделю в Доме «Тропинка», но по пятницам часто брала выходной, чтобы провести его в мастерской, где писала картины для своего августовского проекта.

Выставка готовилась в сотрудничестве с мэрией Дэмона. Мне представлялась этакая ночная поездка в лес, во время которой через каждые полкилометра зрители попадали бы во вселенную местного художника. Художник тоже был бы рядом, чтобы объяснить свое видение и ответить на вопросы. Повсюду предполагалась игра света и музыки, цвета и стили сменялись бы в соответствии с представленной темой. Я настолько увлеклась этим проектом, что часто забывала сделать перерыв на еду.

Было июньское утро четверга, бирюзово-прозрачного, как и все четверги в моем воображении. Я разглаживала покрывало на кровати, чтобы ни одной складки не осталось, когда в комнату вошел Фред. Не успела его обнять, как он повалился на матрас. Меня прямо передернуло.

– Что ты делаешь?

Я не сводила взгляда со смятого покрывала.