Зависимые

Если все, что ты говоришь, правда, я знаю хороших специалистов, они мне лично не раз помогали. – Он остановился, поняв, что сказал лишнее. – Оформим его в клинику анонимно. Там хорошее медицинское сопровождение, психологи, врачи, но ты должна понимать, что, если он сам не захочет, ни один даже самый лучший врач ему не поможет. Ни один зависимый человек не признает, что у него проблемы. Отрицание – один из симптомов. Но я тебя прошу, не паникуй раньше времени! Может, у него сложный период в жизни? Иногда хорошенько напиться тоже полезно.

Вот Довлатов писал… Как же он писал… Вот: «Я столько читал о вреде алкоголя! Решил навсегда бросить… читать».

Вероника допила вино и сморщилась:

– Давай лучше телефон клиники вместо цитат Довлатова. Хорошая эта клиника?

– Хорошая. Я все устрою. Десерт закажем?

Когда Вероника ушла, Игорь написал ассистентке, что отменяет на сегодня все встречи. Он заказал себе выпить и пересел за пустой стол в углу, подальше от шума. Посетителей стало больше, разговоры громче, сомелье вальсировали между столиками, как артисты балета.

Ему не давали покоя слова дочери. Неужели все действительно так плохо?

Игорь набрал номер клиники и попросил главного врача перезвонить.

О клинике лечения зависимостей в Подмосковье Игорь знал не понаслышке: год назад он провел там две недели в качестве пациента. Из членов семьи об этом не знал никто, даже Наталья: она была уверена, что муж улетел на конференцию за границу. Решение лечь туда принял не он сам, а одна из его клиенток, которая несколько месяцев только и делала, что искала врачей и уговаривала Игоря пойти ей навстречу.

И после последнего срыва, когда он не смог восстановить события очередной ночи с друзьями в бане, он согласился. Игорь не верил в действенность методов врачей и пришел в ужас, когда узнал стоимость лечения, но поехал.

Клиника представляла собой трехэтажное здание в усадебном стиле, с большим парком для прогулок, на территории которого находились небольшая конюшня и теннисный корт. Номера были разных категорий – он взял самый простой, с большой кроватью, телевизором и письменным столом.

Из окна комнаты он каждый день смотрел на небольшое озеро и лес за ним и вспоминал деревню, где вырос, мать, которой давно не стало, отца. Отца-тирана, никогда не ласкающего ни детей, ни жену, всю любовь отдавшего своей лошади.

Через две недели Игорь вернулся в город, храня воспоминания о медсестрах, будто привезенных в клинику прямиком из модельного агентства, и виде из окна.