Мужской стриптиз

Эти трое, в дурацких пиджаках, нейлоновых тренировочных и шиповках, понятия не имели о честном поединке. Как пить дать, поблизости ошивались их дружки. С ножами, а то и чем похуже. Кроме того, северяне тащили каждый по две громадных сумки, бросить которые означало полное разорение…

– Сколько? – убито спросил прапорщик.

– А это мы посчитаем, – оживился вдруг третий бритоголовый и зачем-то затыкал пальцами в калькулятор. – Верно, мужчины, зачем вам проблемы? Заплатите пошлину, мы вам скажем пароль на сегодня, и никто вас тут не тронет…

Пароль потянул на месячную зарплату лейтенанта.

Капитан Коваленко, как старший в тройке, заплатил за всех. После чего, не сговариваясь, горе-бизнесмены повернули обратно, на рынок, докупать товар на оставшиеся деньги…

– Это как повезет, – уже в поезде, откупоривая водку, откровенничал Паша. – Могли вообще все отнять, а могли на ментов нарваться. С теми будешь спорить – в «обезьянник» засунут и почки отобьют…

С бравым капитаном Сергей познакомился еще пока служил, в бильярдной Дома офицеров.

За год до того Коваленко еще гордо носил майорские звезды. Но звезды отняли и лишили права ношения оружия. Дело было так. Свежим морозным утром Паша заступил дежурным по части. Прогуливался вдоль забора, встретил кого-то из крупных начальников, остановились поболтать. Россыпью алмазов лучился снег. Загадочно гудели в синеве провода. Прихотливым узором искрился иней на мотках колючей проволоки. В двухстах метрах двое узбеков, путаясь в шинелях, деловито перелезали через забор.

– Почему вы стоите, майор? – воскликнул пузатый собеседник. – Задержите их немедленно!

Паша оценил дистанцию, примерил на себя глубину снега. Если бы он бросился догонять, над сугробами торчала бы только шапка.

– Я что, больной, по снегу ползать? – спросил Коваленко и полез в кобуру.

Дважды пальнул в воздух, поверх голов. Солдатики залегли.

– Э-э, начальник, не стреляй, сдаемся!.

.

Вместо благодарности майора сняли с наряда. Он расстроился, принялся пить не только на дежурствах, но и после. Неожиданно Паши недосчитались на боевом посту. Вечером командир ехал с объекта на «уазике», заметил торчащие из канавы сапоги. Храпящего бесчувственного майора извлекли из сугроба. Собрался суд чести.

– Вы перешли всякие границы, – взял слово замполит. – Я вам уже восемь лет это повторяю…

– Я оступился! – твердил Коваленко.