Черные врата

Толчок… и вот уже Кудесник может разобрать, что это такое у него под ногами: каменные выщербленные беловатые плиты. Над головою же у него очень высокий серый, в тяжелом сумраке различаемый едва потолок… да и потолок ли? А может, это всего лишь какая-то очень плотная непроглядная и недвижущаяся дымка?

Улыбка трогает его губы. У Кудесника впечатление, что некое перекрытие там, наверху, все же есть – и задержало его полет, как только тонкое тело Кудесника чуть сгустилось. И вот он медленно срикошетил к полу и утвердился на этих плитах, словно вдруг зафиксировавшее форму и сделавшееся упругим облако.

Так именно ли это произошло? Но это не особенно его занимает, впрочем, потому что у Кудесника есть важное дело и он ведь не позабыл, ради чего он здесь.

Учитель никогда не уставал предостерегать: если ты позабудешь – то ты уже не вернешься!

И вот Кудесник осматривается и прислушивается.

И эти действия, совершенно обыкновенные, вызывают у него ощущение абсолютно нового.

Может быть, так именно воспринимают вселенную новорожденные.

Каменные плиты видны лишь около. На расстоянии восьми-девяти шагов они становятся уже едва различимы. А дальше непроглядная стена мрака… Кудесник бродит здесь уже долго и, тем не менее, не повстречалось ему еще никаких колонн и никаких стен. Как будто здесь и вовсе нет стен, а только этот странный потолок (или все же дымка?) и плиты пола…

Порой из тьмы выплывают навстречу какие-то неопределенные неподвижные угловатые предметы, ни на что не похожие.

Обыкновенно их попадается на пути немного, но иногда встречаются прямо-таки нагромождения, стены или беспорядочные завалы… тогда приходится выискивать щели и в них протискиваться.

Кудесника ведет слабый голос, который он иногда вдруг слышит.

Похожий на осторожный призыв о помощи или на причитание…

Кудесник не откликается. Потому что ему известно, что здесь он должен молчать, пока не подойдет он близко совсем к тому, которого он здесь ищет.

Иначе на его зов могут явиться совсем не те, кого бы он хотел видеть. Кудесник помнит, что у его врагов острый слух. А здесь у них еще и плотное тело, чешуйчатое и жуткое, скользящее и стремительное… И полновластные они здесь хозяева… Если Кудесник повстречает их здесь – ему уже не уйти.

Кудесника ведет еще – кроме голоса – очень слабый (далекий?) свет. Он иногда совсем исчезает, а иногда вдруг делается виден немного ярче.