Черные врата

Так называется местное холодное оружие, род меча, короткое и изогнутое на манер крыла чайки, расправленного во взмахе.

С такою же добавкой пьет чай и красавица Майор.

И точно такую смесь держит в ладонях в кружке старик Игумен…

Сознание Кудесника блаженно и оно пусто. Ему теперь уже и не странно, что их занятия стали вдруг именами – по молчаливому соглашению их друг с другом: Кудесник, Майор, Игумен… Так этому и следует быть, вероятно, в последние времена.

Ведь это время суда. А Тот, в Чью руку передан суд – Он сказал: по плодам узнаете их… О чем это я, однако? – вдруг мысленно спрашивает себя Кудесник.

 – Едва ли нам осталось жить дольше, чем несколько еще дней… какие уж тут плоды?

Ну и пусть…

Блистает золотой крест, наперсный, на краткий миг оказавшись прямо в луче костра. Вот именно такой блеск спас Игумена, – вспоминает Кудесник. – Привел его в их компанию. Но только от металла его креста отразился, тогда, луч солнца.

И вновь Кудесник видит блеск солнца на золотом кресте – ясно, как наяву… Полуденный белый свет… заштопанная и выцветшая ряса под распахнутой мантией… Кудесник вспоминает пройденный день.

Или… как будто даже не вспоминает, а словно бы отошедший день возвратился и вновь проходит через Кудесника, сквозь его сокровенный мир. Под эту песню костра… под магию меча-рома.

…Они покинули уровень, где одни снега. Проходят плоскогориями травы, повыжженной до почти что белого ультрафиолетом горного неба. Высокие и мертвые стебли вздыхают о своем тихо и нескончаемо под легчайшим ветром.

И кое-где в углублениях стоит снег – ровный, словно вода. Граненые природою камни поднимаются из колышущегося блеклого – обломками древних сказок. Холодный узкий ручей перечеркивает, иногда, путь.

Здесь разговаривает лишь он, ручей. Потому что не хочется здесь произносить вслух какие-либо слова.

На этом нескончаемом плато три первые дня Творения, кажется, продолжаются вечно.

Кудесника останавливает, внезапно, короткий золотой просверк. Он уловил его краем глаза, случайно.

Блеснуло около высоких черных камней – чуть выше и поодаль от их пути. Здесь не чему так блестеть и поэтому вспышка будто бы загадала уму загадку.

Кудесник отступает на шаг, останавливается и медленно поворачивает голову в том направлении для того, чтобы…

А в этом направлении смотрит уже ствол «Кедра», вскинутого быстро и плавно.

Конечно, – думает с улыбкой Кудесник, – ведь это у нее профессиональное. Это, видимо, азбука боевого поиска.