Следы на воде

Девушка еще прошлой зимой раз двадцать бегала по ночам к преподу по истории ислама, жуткому ишану, чтобы ее отработать.

– Фу, еле вырвалась! – Маринка сбросила заснеженную одежду и упала на кровать, закачавшись на пружинах. – Затрахал до одури.

– Колька твой Блюйман, что ли?

– Он, паразит! Блин, скулы сводит, будто кости грызла.

Она всегда делилась с подругой своими постельными делами, чтобы позлить ее. Но сегодня Ленка почему-то не окрысилась на нее, а спросила:

– А это больно?

– Что? У тебя цинга, что ли, Целко?

– Да нет, когда…

– А, это! Чего же больно-то? Ты же каждый день на толчок ходишь! – Маринка захохотала.

Лене стало досадно, что Маринка все обращает в пошлость, и она собралась заорать на нее. Но тут дверь распахнулась, и в комнату ввалился Гоша Паскудников. Выглядел он мерзко – один глаз заплыл свежим синяком, а на скуле краснела ссадина. Игорек скинул драный овчинный тулуп прямо на пол и повалился на Ленкину кровать, продавив ее чуть не до пола.

– Чего это с тобой? – радостно удивилась Марина.

 – Расскажи, кто это тебе по харе съездил.

– Папаня, – отмахнулся Гоша. – Я у него весь самогон вчера выдул, он его за поленницей прятал, а я нашел. И мамаша мне помогала. Пожрать найдется? Голодный, блин. Жратвы-то в доме нет, и выпить больше не осталось, вот я и решил к вам смотаться. А то прямо хоть щепки жуй.

– А ты сам-то добыл чего-нибудь? – сварливо спросила Лена. – Сейчас суп сварится. Чего не в школе-то?

– А, так это из твоей кастрюли так воняет! Ух, пожуем.

Болею я сегодня, не видишь? Да училка знает, мы с мамашей мимо ее дома вчера пьяные проходили, песни пели. А потом еще папаша за мной гонялся, тоже под ее окнами…

– А фиг ли ты ко мне с добычей не пришел? – накинулась на друга Лена. – Я тут сохну, понимаешь, а он с предками бухает.

– Не виноват я! Меня мамаша застукала, она же за мной в окно подглядывала, гнида – и увидала, как я заначку отыскал. А то бы я, само собой, к тебе побежал! Эй, ты порезалась?

Лена опять облизала глубокий порез, который остался у нее от собачьего клыка, и в досаде махнула рукой.

– Фигня, заживет.

– Ну смотри. Может, грязным носком обмотать? Вон у тебя в углу целая куча валяется.

– Они слишком крепкие, черт, не гнутся. Игореша, погляди там на кастрюлю, может, снимать пора? Кстати, соли у нас нет, в другой раз чтобы принес!

Игорь радостно бросился на кухню, подобрав по дороге те самые носки, что забраковала его возлюбленная.