Город призраков

А почему именно мы должны этому способствовать? Не проще ли оставаться в стороне? И не кажется ли тебе, что оставаясь в стороне, мы бы выглядели честнее? Согласись, что такие дела должен вести чуть ли не сам господь Бог. Ты ведь не претендуешь на это место, Ник? Чтобы решать: умереть человеку или нет? Послать человека к черту или оставить его в покое?

– Я вижу, что ты все-таки устал, Вано. Философские настроения обычно посещают только тогда, когда сильно устаешь. Уж это я точно знаю.

– Наверное, ты прав, Ник. И на твоем месте… Просто я подумал, что профессия актера – не самая худшая в этом мире.

Во всяком случае, ее грязь не так уж и грязна. И не так уж и прилипчива. Особенно к совести.

– К совести прилипает многое, Вано. Независимо от профессии. Скорее в зависимости от самого человека. Но не в этом дело. Просто…

Я задумался и вновь перевел взгляд за окно. Грязные лужи. Темные ботинки. Мокрые зонты. Туманная пелена. Тоска. Все-таки я ненавидел осень. И все печали мог с чистой совестью списать на нее.

В том числе и печали моего трезвомыслящего друга Вано.

– Наверно, это осень, Вано.

– Ты о чем? – он меня не понял. Хотя многое в жизни понимал. В том числе и осень. Просто, в отличие от меня, пора года никогда не влияла на его настроение.

– Просто это осень, – повторил я для себя.

– До осени еще две недели. – Вано машинально посмотрел на часы.

– Я так не думаю. И при чем тут часы?

Вано пожал плечами. Часы тут были ни при чем. И время года наступает независимо от нас.

– Или ты веришь, что завтра вновь всплывет солнце? – я вызывающе посмотрел на Вано.

Но он не ответил на вызов.

– Нет, Не верю, Ник, – усмехнулся он. – Осень – она и есть осень. Она, как ни какая другая пора года, приходит в любое время.

Я тут же согласно кивнул.

– И зимой бывает дождь, и летом, и осенью, и весной. Вот снег… Согласись, Вано. Снег же не пойдет летом. Или осенью. А осень… Она в любое время может случиться. И я за это ее не люблю. Почему-то именно она на все имеет право.

Почему-то грязные лужи, блеклые тучи, хмурость утра может возникнуть в любой день. Но почему, Вано?

Вано пожал плечами. Хотя он в этот осенний день и был склонен к философии. Он не знал ответа.

– Возможно, это и неплохо. Осень, – лучшее, что выдал он мне.

Но мне это не понравилось. Я по-прежнему не любил осень. И по-прежнему хотел ее оттянуть.

И я оттянул.

– У нас нет никаких дел, Вано?

Он пожал своими широченными плечами. У нас не было никаких дел.