Такая разная тьма

Одноглазый он не потому, что потерял второй глаз в сражении или где-то еще, саррусы от природы такие. Там, где у обычного человека переносица, у сарруса или сарры крупный, обычно хмурый глаз. Кроме того, они превосходят остальные расы мира Кихча по росту, так что кок, в котором два метра да еще вершков восемь роста, самый долговязый и массивный из экипажа. Если выстроить всех в шеренгу по росту, за ним будет стоять Линд с его двумя метрами и вершком, а за стрелком – я.

Отобрав у Хога еду, принялась орудовать ложкой.

Уха, хорошая, наваристая. Нечасто такую можно даже за королевским столом встретить. Да что там уху, вообще любой суп. Правители бульончик не любят, им подавай соловьиные язычки да в сметане. Или окорок вепря, добытый собственными руками, если король хочет выглядеть суровым.

С другой стороны, любимое блюдо ургахадского Владыки – обычная жирная домашняя утка, по-простецки засунутая в печь до румяной корочки. По крайней мере, так рассказывал Граф, а у него хватает знакомых среди аристократии.

– Как всегда, пальцы отгрызть можно, – сообщила я, откладывая посуду в сторону. – Как такой талант мог пропадать в захудалой лавчонке… где мы тогда стояли, Сейт?

– Да в Рьюманосте и стояли, если я еще мозги не отшиб, – пожал плечами интендант.

– Никогда не знаешь, как жизнь повернется, – пробасил Хог, тыльной стороной ладони утирая пот со лба. Камбуз тесный, и на нем обычно жарко. – Вообще-то я тогда хотел убить этого ублюдка Ульгема, да он удрал на корабль.

– Даже не буду спрашивать, за что именно.

Только не говори, что ты недоволен нынешней работой, – ухмыльнулась я, продемонстрировав зубы во всю широкую пасть. Сейтарр хмыкнул:

– Он вечно недоволен. Дай Хогу бочку крепкого вина, ораву девок и мешок золота, он все равно будет возмущаться, что вино кислое, девки толстые, а монеты – недовес.

Те, кто слышал последнюю фразу, дружно загоготали.

И вправду, о ворчливости здоровяка можно легенды сочинять. Осталось найти того, кто их будет слушать. Слишком занудные получатся.

– Может, смените одежду на более сухую? – снова подал голос интендант. Ишь, заботливый какой.

– На мне высохнет, – махнула рукой я. День-то осенний, но тепло еще не оставило мир окончательно. А вот на следующий месяц – месяц Гроз – суда обычно держатся в тихих бухтах да заливах. Рискнувшего выйти в дальнее плавание обязательно застигнет либо буря, либо одно из ужасных морских чудовищ. То ли брачный сезон у них в это время, то ли какой праздник всенародный.