Доктрина спасения

 – Такой мази нет?

– Если убьют, можешь не приходить, – без тени усмешки сказал Алеман. – Тут я уже ничем помочь не смогу.

Я сделала неопределенный жест рукой:

– Была б я еще вольна куда-то ходить…

– Как ни странно, тут моя помощь также не пригодится. За бегство раба полагается смертная казнь, за рабыню – двенадцать лет рудников. Что немногим хуже. Правда, квалииры и тут отличились. За помощь в бегстве так или иначе отрубят голову.

– Миленько. Мастер, может хоть вы что-то знаете об оружии, которым здесь сражаются?

Он повернул голову и вопросительно приподнял бровь:

– Темнят? – И, не дождавшись ответа, заявил, снова занявшись лекарствами:

– Считай это очередным испытанием.

Я никогда не видел каусса, однако имел сомнительное удовольствие зреть несколько картин, написанных, так сказать, по мотивам… в общем, из того, о чем я слышал, тебе, скорее всего, предложат на выбор несколько вариантов смертоносного оружия. Но привычных руке среди них не будет.

– Поясните?

– Ни мечей, ни боевых топоров, ни молотов. Насколько я знаю, женщинам-квалиирам запрещены к использованию обычные виды оружия.

Что-то в этом роде я и предполагала. Проблемы появляются не одна за другой, а всегда – сразу, полным букетом. Осталось выяснить, что считается «необычными» видами. И можно ли ими вообще хоть что-то сделать.

Настоящий воин учится всю жизнь, чего уж там…

– Вы сказали, что ни разу не видели каусса?

– Да.

А что тебя удивляет? Можно быть человеком, причастным к этому безумию, но считать его нездоровым. Весьма нездоровым, я бы сказал.

– Как тогда попали сюда? – спросила я бесхитростно. Лекарь криво усмехнулся:

– Много вопросов… как тебя там.

– Тави.

– Пусть будет Тави. Хотя король наверняка лично даст тебе имя.

– Король? – в который раз удивилась я.

– Очень любит наблюдать за кровавыми драками. Нередко сам руководит процессом – выставляет пары квалииров, может объявить бойцов.

Умело пользуется ареной, чтобы вызвать любовь публики. Надо признать, у него неплохо выходит, демоны б это величество разодрали.

– Можно подумать, у вас какая-то особая неприязнь к нему, мастер Штольц.

– Увидишь, – отрывисто бросил лекарь. – Крайне… неприятный человек. Если вдруг доведется встретиться. Надо отдать должное – как король гораздо лучше прежних. По крайней мере, так говорят местные.