Ел я ваших демонов на завтрак! Том 2

Он что, не будет убивать меня? Почему?

– Я превращу твою жизнь в ад! – пообещал Дэнки Такаги. – Там, в академии магии ходи и бойся! Оглядывайся по сторонам! Жди удара в спину!

– Поживём, увидим, – ответил я и с наслаждением услышал, как Дэнки Такаги заскрежетал зубами.

Получалось, он хотел убить меня, но не мог. Очень интересно… Это прям очень интересно!

Дэнки Такаги ещё потоптался, пожирая меня глазами. Потом засунул катану в ножны, развернулся и вышел из моей камеры.

Я видел, что он взбешён.

Я видел, что он с удовольствием покрошил бы меня в капусту, ну или порезал бы на ленточки… И я очень хорошо видел, что Дэнки Такаги, дядя напавшего на нас Тосиюки, не может убить меня. Во всяком случае здесь и сейчас.

Когда шаги стихли и с треском хлопнула дверь, сэнсэй Макото спросил:

– О чём говорил начальник тюрьмы? О каком убийстве?

– Начальник тюрьмы? – автоматически повторил я.

Ха! Мозаика сложилась! Начальник тюрьмы отвечает за всех заключённых! А если учесть, что я в списке одарённых, значит, меня будут ждать завтра в академии магии! И если меня не будет, то спросят с кого? Правильно! С начальника тюрьмы!

– Да-да, – говорил тем временем сэнсэй Макото.

 – Начальник тюрьмы Дэнки Такаги. О каком убийстве он говорил?

– А ты любопытный, старик, – засмеялся я и лёг поудобнее.

Сегодня я могу спать спокойно. Сегодня моей жизни ничто не угрожает.

Что касается академии, будем решать проблемы по мере их поступления.

Из сна меня вырвали крики надзирателей:

– Встать, быстро! Строиться!

Я с трудом разлепил глаза и увидел, что дверь в мою камеру открыта.

Зашипев от боли, я поднялся и выглянул наружу.

Из своих камер с неохотой выходили заключённые. Всего их было человек двадцать. Знакомы мне были только Ёсико и сэнсэй Макото. Собственно, не так долго я в этом мире, чтобы завести больше знакомств.

Как только мы все более-менее выстроились перед своими камерами, в коридор зашёл Дэнки Такаги. Он подходил к заключённому, смотрел на него.

Тот называл своё имя. Надзиратель – тот самый, что вчера сидел за столом и записывал «протокол допроса», что-то говорил начальнику тюрьмы. После чего Дэнки что-то негромко говорил заключённому. Я никак не мог разобрать что именно, как будто само пространство зажёвывало слова.

Некоторые люди после слов начальника тюрьмы возвращались в камеры, и надзиратели запирали за ними двери. Но были и те, которые оставались стоять на своих местах.