Игры миров

– Почему же? – Сделал невинное лицо вампир.

– Потому что повелителю и так не понравилось, что Эш – Рэм не смогли меня уберечь, а пришлось защищать чужому. Должна сказать честно, что я беспокоюсь за жизнь этого игрока, потому что разговариваю с вами лишь благодаря ему. Стражам было не до меня, телохранители – исчезли. В общем, глупо отпираться, что для меня Кир – истинный герой. Но я опасаюсь сплетен о чем-то другом.

– Например? – Инспектор подался вперед.

– Например, что мой спаситель видел мое лицо. Бессмысленно отпираться, что, спасая меня, он прикасался ко мне.

И правитель об этом знает. Но мое лицо Киру для этого было не нужно.

Алые глаза недоверчиво сощурились.

– Разве?

– А вас тоже удивляет, что мужчина заступился за женщину, у которой видел только глаза? – Эйлис совершенно успокоилась. Она поняла, что Гайдехор задал последний вопрос, чтобы ударить по больному месту. Инспектор не дурак, он понимает, что наложнице приходится скользить по очень тонкой грани между тем, чтобы не разозлить вспыльчивого и непредсказуемого повелителя, и собственными представлениями о дозволенном и естественном общении.

Конечно, глава Тайной полиции не мог не уколоть наложницу, учитывая ее вызывающее поведение и тот факт, что Эйлис не дала ему наложить на приглянувшуюся Рию печать.

– Почему? Я бы за вас тоже заступился. – Улыбнулся вампир. – Прошу прощения за каверзный вопрос. Но сами понимаете, работа.

– Да, понимаю. – Кивнула Эйлис.

– В таком случае, благодарю за содержательную беседу, госпожа.

 – Вампир встал, намереваясь проводить гостью до двери. – Надеюсь, в следующий раз увидеть вас по более радостному поводу.

– Я тоже, господин инспектор. – Наложница кивнула и вышла. За дверями ее ждали два верных стража.

Разговор с инспектором остался позади и завершился счастливо, но на душе у Эйлис было неспокойно. Ей очень хотелось сразу навестить Кира и узнать про допрос. Хотя с другой стороны… даже если инспектор и не беседовал со Стальным кулаком, то, что помешает ему залезть в голову мужчины в следующий раз? Сердце сжалось от беспокойства.

Наложница изначально искренне хотела навестить Кира, но понимала, что к мужчине лучше не приближаться, дабы не вызвать гнева господина. Конечно, Лекс приходил этой ночью «мириться», но что затаил глубоко в душе – неизвестно. И вообще правитель Арона как-то не очень любил обсуждать проблемы. А Эйлис жаждала услышать, что он думает про свое оборотничество, про танцовщицу, про Кира, да и про саму наложницу.