Клятва верности

Единственным критерием выбора Римана была достаточная развитость послушника в физическом плане. Магическая сила его не интересовала. Работа была столь несложной, что он мог и сам с ней справиться с закрытыми глазами. А вот сила послушника была нужна для того, чтобы ему, Риману не пришлось помогать молодому демиургу в транспортировке карталора.

Выбранный Риманом здоровяк полностью отвечал этому требованию. Он без труда, правда, и без особого почтения взвалил прибор себе на плечо и легкой походкой последовал за своим новообразовавшимся начальником.

– Как тебя зовут? – спросил Риман, конечно не из-за того, что его очень интересовал этот вопрос, а больше по той причине, что негоже позорить свой цех, называя младшего при посторонних «эй ты» или как то еще в этом роде.

– Баббит, мастер, – пробасил послушник.

Какое дурацкое имя, заметил про себя армат. Наверное, миссионеры, бродящие по полям и весям бескрайнего Тира, осчастливили своим посещением какой-то медвежий угол. И выявили у безродного сельского мальчишки магические способности.

Тем самым озолотив его семью, обеспечив родителей мальчугана до самой старости.

У ворот обители их уже поджидала небольшая открытая карета. Возница услужливо распахнул перед демиургами дверцы. Помочь Баббиту он не пытался. Простолюдины всегда с трепетом относились к магическим устройством, хоть даже и таким безобидным как карталор. Все связанное с демиургами вызывала в обычном люде трепет и благоговение.

Баббит с легкость поставил прибор на пол кареты.

Риман про себя отметил, что не ошибся в выборе помощника. Молодой послушник не то, что не вспотел от тяжести, он даже не успел запыхаться.

– Трогай, – небрежно приказал Риман вознице.

– Слушаюсь, ваша милость, – пролебезил тот, вскакивая на козлы.

В другой день столь почтительное отношение к своей персоне вызвало бы у армата приступ гордости и довольства, сегодня же он не обратил на это совершенно никакого внимания. Как и несколько дней назад все мысли Римана были поглощены печальным думам о своей несправедливой судьбе.

Дорога прошла незаметно. Караул впустил их в цитадель незамедлительно. А комендант, встречавший порученцев, поспешил заверить их, что претендентов в этом году не очень много, не больше полусотни. Все складывалось хорошо, однако радости Риману это не приносило.

Расположившись в комнате с узкими окнами и низким потолком, армат принялся за исполнение рутинных обязанностей.