Легенда о чародее: Лазурный замок

– Лешарп, безусловно, талантлив и силён, – начал Толмар, – однако в нём есть нечто, что может помешать ему, достичь высшего просветления.

– Правда? И что же это за недуг такой? – Талимир как будто не верил, или насмехался.

– Я не знаю, ваша милость, – вновь кланяясь, ответил молодой наставник. – Я долго пытался понять что это, и как с этим бороться, но всё безуспешно.

На лице архимага отразилось выражение скепсиса и скуки. Потеряв интерес к своему собеседнику, он вернулся в свое кресло, криво ухмыльнулся и проговорил:

– Раз у тебя не получилось разгадать эту загадку, значит, этим вопросом должен заняться некто более, опытный.

Не так ли?

– Вы совершенно правы, – вновь поклонился Талмар.

– Теперь я и мои помощники будут заниматься его воспитанием, продолжал старый чародей. – Мы попробуем понять, что с ним не так, и устранить этот недостаток.

Наставнику Талмару ничего больше не оставалось, кроме как поклониться и уйти, несмотря на то, что в голосе мудрейшего, помимо рассудительности, легко угадывалась интонация насмешки, и даже какой-то брезгливости.

4. Неуправляемый

Прошло несколько лет, с тех пор как юный Лешарп сдал свой первый экзамен. За это время он стал выше ростом, шире в плечах и на много мудрее и сильнее, чем был раньше. В группе, что он обучался, было много выдающихся учеников, и, несмотря на то, что все они были старше Лешарпа, никто из них не превосходил его в мастерстве, и более того, некоторых Лешарп уже переплюнул.

О его способностях начали распространяться слухи по всему замку, а младшие воспитанники стали ровняться на него. Некоторые, даже стали пытаться демонстрировать свою программу на экзаменах, и среди таких были те, которым это удавалось, и их определяли на более высокие уровни, нежили тех, что продолжали следовать регламенту.

Сам Лешарп никогда не стремился стать чьим-то идеалом, а потому спокойно относился к тому, как некоторые перешептываются у него за спиной, всякий раз, как он проходит по коридору.

Лешарп усердно занимался, и при этом находил время погулять среди простого люда, как он это любил делать и раньше. Не все учителя одобряли это, но в виду того, что он был учеником архимага, другие магистры не могли запретить ему подобные прогулки. Для этого нужно было поднять вопрос на совете, а для того, должны быть серьезные основания.