Билет в Зазеркалье

Снова разнял затеявших очередную свару Олесю и Милу Иосифовну, припугнув их тем, что если они не прекратят, то выгонит их на улицу, где ждет черный фургон, в результате чего обе дамы тотчас замолчали и стали как шелковые, приготовил ромашковый отвар и велел всем, в том числе и Инне, выпить его. Снова убрал за Долли, которую опять вырвало, на этот раз в холле, хотел было вымыть и холл, однако милостиво согласился, когда Олеся и Мила Иосифовна, без малейшего намека с его стороны, исключительно по собственному почину, наперегонки бросились за ведром, желая вымыть пол самолично.

Затем он отправил Олесю в спальню Женечки, чтобы няня прочитала мальчику сказку, отправил Милу Иосифовну на кухню, чтобы та убрала грязную посуду, принес так и не выпитый ромашковый отвар Инне, сидевшей в изнеможении на диване и следившей за всеми перемещениями домашних с неподдельным изумлением, вручил ей бокал, принес из кабинета бизнес-план Геннадия и, опустившись не на диван рядом с ней, как тайно рассчитывала Инна, а в стоявшее на солидном отдалении кресло, тоже отхлебнул из своей чашки ромашкового отвара и спросил с еле заметной, даже несколько виноватой, улыбкой:

– Надеюсь, я все сделал правильно и вы довольны?

Инна в священном ужасе только и могла выдать:

– И жена вас бросила?

Тимофей, усмехнувшись, не без горечи заметил:

– Ну ее новый муж, как я сказал, в отличие от меня, реально богатый.

Инна сочувственно покачала головой, а сосед Тимофей, снова погрузившись в бизнес-план, произнес:

– Ну что же, изучим то, что предлагает вам ваш супруг… Кстати, правильно я понимаю, что это – сам Геннадий Фарафонов?

Инна кивнула, поймав себя на том, что любуется молодым человеком.

Неужели она, незаметно для себя самой, стала одной из этих матрон среднего возраста, падких на юных любовников?

– Кстати, может, нам перейти на «ты»? – внезапно спросила Инна.

Тимофей, подняв на нее глаза, улыбнулся и ответил:

– С удовольствием!

Инна, чувствуя себя глуповатой школьницей, спросила:

– Может быть, сделать еще кофе?

Сосед Тимофей расхохотался:

– Нет, кофе, пожалуй, не надо.

И блинчиков тоже. Но не откажусь от чая. Однако если разрешишь дать совет – зайди сначала к сыну, он ведь тебя ждет.

Встрепенувшись, Инна оставила Тимофея в гостиной, а сама поспешила в спальню Женечки. И лицезрела следующую картину: Олеся, устроившаяся в кровати рядом с Женечкой, мирно спала, а ее сын, видимо, изъяв из руки няни сборник сказок, шевеля губами, читал.